Приобретение российскими гражданами права собственности за рубежом

Оглавление:

Приобретение иностранными гражданами и иностранными юридическими лицами прав собственности и иных вещных прав в России

В отношении прав собственности для иностранных граждан действует национальный режим. Иностранные граждане наравне с гражданами РФ имеют право приобретать имущество, отчуждать его, отдавать в залог, осуществлять право владения, пользования, распоряжения, однако для иностранных граждан установлены некоторые ограничения их прав в соответствии с российским законодательством. Эти ограничения касаются прав собственности на землю.

В соответствии с Федеральным законом от 24 июля 2002 г. «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения» (ст. 3) иностранные граждане, иностранные юридические лица, лица без гражданства, а также юридические лица, в уставном (складочном) капитале которых доля иностранных граждан, иностранных юридических лиц, лиц без гражданства составляет более чем 50 %, могут обладать земельными участками из земель сельскохозяйственного назначения только на праве аренды. Если в собственности лица по основаниям, допускаемым законом, оказались земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения или доля в праве общей собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения и это влечет за собой нарушение требований ст. 3 и (или) п. 2 ст. 4 настоящего Федерального закона, такие земельный участок (часть земельного участка) или доля должны быть отчуждены собственником.

В случае, если при нарушении требований Федерального закона собственник не произведет в течение определенного срока отчуждение земельного участка или доли в праве общей собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения, орган, осуществляющий государственную регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним, обязан в течение десяти дней в письменной форме известить об этом орган государственной власти субъекта РФ. Орган государственной власти субъекта РФ в течение месяца со дня, когда ему стало известно о нарушении ФЗ, обязан обратиться в суд с заявлением о понуждении такого собственника к продаже земельного участка или доли в праве общей собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения на торгах (конкурсах, аукционах). В случае отсутствия лица, изъявившего желание приобрести земельный участок или долю в праве общей собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения, этот земельный участок или эту долю должен приобрести субъект РФ либо в случаях, установленных законом субъекта РФ, должно приобрести муниципальное образование по рыночной стоимости, сложившейся в данной местности.

Приобретение российскими гражданами и юридическими лицами прав собственности и иных вещных прав за рубежом.

Как и в других случаях, касающихся осуществления прав российских граждан и юридических лиц, сама возможность приобретения таких прав определяется нормами российского законодательства и, конечно, в отношении реализации этой возможности в конкретно взятой стране часто весьма детальными правилами законодательства этой страны. Как образно отмечалось в нашей литературе (Л.П. Ануфриева), если российское право говорит «да», то это еще не означает наличие реальной возможности для российского гражданина приобрести недвижимость в той или иной стране, акции или доли в капитале какой-либо компании и т.д.

Российское законодательство не запрещает гражданам и организациям приобретать недвижимость, акции и ценные бумаги иностранных компаний и обществ. Определенные ограничения были установлены валютным регулированием с целью создания препятствий для утечки капиталов за границу. В частности, было установлено правило, в силу которого любая покупка российским физическим или юридическим лицом недвижимостей, акций, ценных бумаг за границей должна осуществляться только с разрешения Центрального банка РФ. Но этот запрет на практике не применялся. В дальнейшем требование получения разрешения было заменено требованием представления уведомления. В целях ограничения вывоза капитала Центральным банком РФ был установлен лицензионный (разрешительный) порядок открытия российскими гражданами счетов в банках за рубежом, за исключением случаев открытия ими счетов во время пребывания за границей.

В отношении возможности приобретения иностранцами права собственности на недвижимость, и в первую очередь на земельные участки, в ряде стран установлены запреты или ограничения.

В Канаде в некоторых провинциях ограничиваются права иностранцев на покупку земли (так, в Альберте иностранцы и компании под иностранным контролем не имеют права покупать и владеть землей, в Саскачеване ограничивается размер сельскохозяйственных земельных участков, которые могут быть проданы иностранцам).

В Финляндии отделения иностранных компаний и компании, в которых иностранным лицам принадлежит более 20% (в отдельных случаях более 40%) акций, не имеют права без разрешения Государственного Совета приобретать или продавать недвижимость на срок более двух лет.

В некоторых странах продажа земельных участков не допускается, в США покупка иностранцами недвижимости, особенно земли, ограничивается законами большинства штатов.

В ряде стран для покупки земли иностранцами требуется получение разрешения местных или центральных органов (в Австралии, Австрии, Дании, Швейцарии — с некоторыми изъятиями), требуется разрешение на приобретение недвижимости: на Кипре — Совета министров Кипра, в Польше — министра внутренних дел Польши, в странах Балтии — различных иных органов. Сошлемся в качестве примера на законодательство Литвы.

В 1996 г. ст. 47 Конституции Литвы была дополнена и одновременно был принят конституционный закон, предусматривающий порядок, условия и ограничения в отношении приобретения земельных участков несельскохозяйственного назначения. Согласно этим правовым актам иностранным субъектам разрешается приобретать земельные участки для строительства зданий и в других случаях осуществления предпринимательской деятельности. Под иностранными субъектами понимаются предприятия, зарегистрированные в качестве юридических лиц в Литве, правления которых находятся в Литве и эффективный контроль в отношении которых осуществляют иностранные предприятия или иностранные граждане, а также иностранные предприятия, отделения и представительства которых находятся в Литве.

Запрещено приобретать землю на курортах, взморье, на территории национальных парков и в ряде других случаев. Землю разрешено продавать только иностранным субъектам, отвечающим критериям «европейской и трансконтинентальной. «, т.е. из числа государств — членов ЕС, или государств, заключивших соглашения об ассоциации с ЕС, или государств, бывших в момент принятия закона членами Организации экономического сотрудничества и развития (OECD) или Североатлантического пакта (НАТО). Из этого перечня следует, что не допускается покупка земли лицами из России и других государств СНГ.

Порядок и условия приобретения за рубежом российскими гражданами, предприятиями и учреждениями, а также государством недвижимого имущества полностью определяется законодательством страны местонахождения этого имущества. Покупатели, а также арендаторы должны самым тщательным образом выполнять предписания этого законодательства (правила регистрации земельных участков в земельных кадастрах и др.). При этом необходимо проверять, не имеются ли в отношении земельного участка какие-либо обременения, в частности сервитуты (право прохода других лиц, проживание и т.д.), не заложено ли соответствующее имущество и т.д. Игнорирование таких обстоятельств может привести к неблагоприятным последствиям для российского покупателя или арендатора имущества.

5. Правовое положение собственности Российской Федерации и российских организаций за рубежом

Категории государственного имущества, находившегося за границей в различные исторические периоды существования Советского Союза, а затем РФ, не оставались неизменными. В их число входило имущество, перешедшее в порядке правопреемства от Российской империи к советскому государству, а также имущество, перешедшее в порядке правопреемства от Советского Союза к Российской Федерации. В Указе Президента РФ от 8 февраля 1993 г. «О государственной собственности бывшего Союза ССР за рубежом» было заявлено, что «Российская Федерация как государство — продолжатель Союза ССР принимает на себя все права на недвижимую и движимую собственность бывшего СССР, находящуюся за рубежом, а также выполнение всех обязательств, связанных с использованием этой собственности».

За границей находилось имущество, перешедшее к советскому государству после проведения им национализации. После окончания Второй мировой войны значительную категорию советского государственного имущества за границей составляли так называемые активы, которые перешли к советскому государству в порядке репараций.

Передача СССР германских активов, а также активов бывших союзников Германии (в частности, Италии) была предусмотрена решениями Потсдамской конференции и Мирными договорами 1947 г.

За границей находятся различные категории имущества, входящие в состав государственной собственности. Это имущество посольств, представительств РФ при международных организациях, консульств, торгпредств, вклады Центрального банка РФ и Внешэкономбанка, экспортные товары, временно находящиеся за границей морские и воздушные суда и т.д.

Развитие экономических отношений между Россией и иностранными государствами неизбежно приводит к увеличению объема этого имущества, и прежде всего товаров, вывозимых как для продажи, так и для экспонирования на различных выставках. Активное культурное сотрудничество невозможно без организации за рубежом художественных выставок.

Имущество (движимое и недвижимое) может находиться за рубежом постоянно или временно. В состав этого имущества входят принадлежащие российскому государству ценные бумаги, доли и паи юридических лиц, находящихся за рубежом.

Значительную категорию имущества за рубежом составляет имущество Русской Православной Церкви, различных благотворительных организаций.

Правовое положение федеральной собственности, находящейся за рубежом, определяется как российским законодательством, так и законодательством страны места нахождения имущества, а также международными договорами РФ.

В отношении находящейся за рубежом российской государственной собственности следует различать собственность Российской Федерации (федеральную собственность) и собственность субъектов Федерации, а также имущество муниципальных объединений.

Может ли государственная собственность занимать за границей такое же положение, что и собственность, принадлежащая любому частному лицу? Можно ли в иностранном государстве под тем или иным предлогом, в частности под предлогом мнимого неисполнения обязательств российских организаций, арестовать государственное имущество, находящееся за границей, продать его с публичных торгов или подвергнуть иным мерам принудительного характера?

На эти вопросы следует дать отрицательный ответ, поскольку собственность государства находится в особом положении — она пользуется иммунитетом. Выше был рассмотрен вопрос об иммунитете государства и его органов (см. гл. 6). Иммунитет собственности тесно связан с иммунитетом государства, но может рассматриваться как самостоятельный вид иммунитета.

Иммунитет собственности государства заключается в особом режиме такой собственности, обусловленном особым положением субъекта права собственности — суверенного государства. Иммунитет собственности государства, находящейся за границей, сводится к тому, что это имущество не может быть объектом насильственных мер со стороны того государства, где указанное имущество находится.

Собственность государства пользуется неприкосновенностью. Это означает, что она не может без согласия государства-собственника быть подвергнута принудительному отчуждению, аресту, секвестру и другим принудительным мерам; ее нельзя насильно удерживать на иностранной территории; она не должна подвергаться расхищению со стороны другого государства, его органов или частных лиц.

Таким образом, неприкосновенность собственности государства не ограничивается изъятием ее из-под действия принудительных мер судебного характера. К ней не могут применяться и административные меры, она не может быть объектом взыскания по всякого рода внесудебным требованиям.

Иммунитет, которым пользуется собственность иностранного государства, делает недопустимым: 1) предъявление исков непосредственно к такой собственности (исков in rem в англо-американском праве); 2) наложение ареста на собственность для обеспечения любого предъявляемого к иностранному государству иска, связанного или не связанного с такой собственностью; 3) принудительное исполнение решения суда, вынесенного в отношении такой собственности иностранного государства.

При рассмотрении вопроса об иммунитете собственности английский ученый Дайси различает два случая. В первом случае собственность иностранного государства находится в руках представителя этого государства, пользующегося судебным иммунитетом, и потому иск направлен против суверена. Во втором случае собственность находится в руках третьего лица, не пользующегося судебным иммунитетом, поэтому предъявление иска к такому лицу возможно. Но даже в последнем случае, признает Дайси, «иск или процессуальное действие в отношении собственности (суверена) считается. иском или процессуальным действием против такого суверена».

В законах некоторых государств (Великобритания, Австралия, Пакистан) предусмотрено, что иностранное государство не пользуется иммунитетом от разбирательства относительно: а) любой доли этого государства в недвижимой собственности, находящейся на территории государства суда, ее владения или использования; б) любого обязательства этого государства, возникающего из его доли в такой собственности.

Согласно Европейской конвенции об иммунитете государства 1972 г. иностранное государство не пользуется иммунитетом в судах другого государства — участника по спорам, касающимся права иностранного государства на недвижимую собственность, которая находится на территории государства суда.

Однако за исключением случаев, прямо предусмотренных в праве отдельных государств и в международных соглашениях, на собственность иностранного государства не распространяется действие рассмотренного выше принципа «закон местонахождения вещи» (lex rei sitae), или, иными словами, в отношении этой собственности должны делаться изъятия из общего распространения на собственность иностранных лиц действия закона страны места нахождения имущества. Эти положения должны полностью применяться к государственной собственности Российской Федерации в тех случаях, когда государство или его органы не дали согласия на применение соответствующих принудительных мер в отношении российского имущества.

В условиях широкого распространения в большинстве государств тенденции функционального (ограниченного) иммунитета существенное значение приобретает цель, назначение государственной собственности. Вынесение судебного решения против государства не означает, что взыскание может быть обращено на любое государственное имущество, находящееся за рубежом. Если имущество иностранного государства служит осуществлению суверенных функций, функций публично-правового характера, оно продолжает пользоваться иммунитетом и в странах, перешедших на позиции теории функционального иммунитета, если же имущество предназначено для коммерческих, торговых целей — на такое имущество иммунитет не распространяется.

Иммунитет собственности иностранного государства находит выражение и в том, что органы другого государства не могут входить в рассмотрение вопроса о том, принадлежит ли собственность иностранному государству, когда она находится в его владении, если иностранное государство заявляет, что имущество принадлежит ему.

Таким образом, если государство фактически обладает имуществом и заявляет, что имущество принадлежит ему, то в суде иностранного государства это обстоятельство не может подвергаться сомнению. Это положение известно как доктрина акта государства. Она применялась в течение длительного времени в судебной практике ряда государств, и прежде всего в Великобритании и США. Доктрина акта государства исходит из того, что источником каждого акта государства является его суверенитет. Поскольку принцип суверенитета — это один из основных принципов международного права, доктрину акта государства следует рассматривать как доктрину международного права. Доктрина акта государства запрещает судам одного государства обсуждать законность актов другого государства и выносить решение об их недействительности. В последние годы наметилась тенденция к умалению значения указанной доктрины и к ограничению сферы ее действия. Эта тенденция проявилась наиболее ярко в США.

В отношении правила об иммунитете необходимо отметить, что если имущество государства пользуется иммунитетом, то из этого не вытекает, будто это правило должно применяться во всех случаях, поскольку пользование иммунитетом является правом, а не обязанностью государства. Государство не всегда может претендовать на такой иммунитет, а в ряде случаев может не ссылаться на иммунитет принадлежащей ему собственности. Каждое государство само определяет режим государственной собственности, в том числе и Россия, т.е. она может передать часть этой собственности в полное хозяйственное ведение либо оперативное управление государственным юридическим лицам, закрепить за ними определенное имущество.

Предприятие, за которым имущество закреплено собственником этого имущества на праве полного хозяйственного ведения, является юридическим лицом и осуществляет в отношении этого имущества права и обязанности собственника. В России оперативную работу по экспорту и импорту, как отмечалось, ведут внешнеэкономические объединения, созданные в различных правовых формах, в том числе и полностью или частично принадлежащие государству. Поскольку подобное объединение или предприятие — это самостоятельное юридическое лицо и государство не принимает на себя ответственности по его обязательствам, оно не пользуется иммунитетами. В ходе проведения экономических реформ в нашей стране право осуществления внешнеэкономической деятельности получили государственные промышленные предприятия. В отношении их полностью действует принцип раздельной ответственности государства и юридического лица за некоторыми изъятиями из этого принципа в отношении казенных предприятий. Имущество объединения не пользуется иммунитетом в отношении предварительного обеспечения иска или принудительного исполнения решения только в том случае, если речь идет об обязательствах самого объединения или предприятия. Если же истец требует наложить арест на имущество объединения по претензиям не к данному объединению, а к каким-либо другим государственным юридическим лицам или к самому государству, то на такое имущество взыскание обращено быть не может. Российское государство в отношении такого рода взысканий может ссылаться на иммунитет государственной собственности, поскольку речь уже будет идти о взыскании в отношении государственного имущества вообще, вне зависимости от того, в чьем управлении это имущество находится.

Таким образом, государственная собственность, находящаяся в хозяйственном ведении или в оперативном управлении государственных юридических лиц, не пользуется иммунитетом в тех случаях, когда она рассматривается как предмет взыскания по иску к такому юридическому лицу. Если же арест накладывается на это имущество как на собственность государства, в чем бы она ни заключалась и где бы она ни находилась, то подобная собственность уже не выделяется из общего фонда государственной собственности. В этом случае такой собственности как собственности государства присущ иммунитет.

В решении французского суда 1993 г. о картинах Матисса из музея имени А.С. Пушкина и Государственного Эрмитажа было обращено внимание на то, что картины, находящиеся в этих музеях, относятся к федеральной собственности государства, а сами музеи осуществляют публичные функции. Поэтому, как считал суд, музеи должны пользоваться судебным иммунитетом и иммунитетом от принудительного исполнения на равных основаниях с государством — Российской Федерацией. После вынесения этого решения во Франции в 1994 г. был принят специальный закон, устанавливающий неприкосновенность культурных ценностей, ввезенных для показа на выставках.

Вопрос об иммунитете собственности иностранного государства часто возникает в связи с иммунитетом государственных судов, используемых для торговых целей.

В Конвенции ООН о юрисдикционных иммунитетах государств и их собственности дается перечень особых категорий собственности, которые, в частности, не должны рассматриваться как собственность, используемая государством «в иных целях, чем государственные некоммерческие цели». К ним относятся:

1) собственность, включая любой банковский счет, используемая или предназначенная для использования при исполнении функций дипломатического представительства государства или его консульских учреждений, специальных миссий, представительств при международных организациях или на международных конференциях;

2) собственность военного характера или используемая или предназначаемая для использования при исполнении военных функций;

3) собственность центрального банка или иного финансового органа государства;

4) собственность, составляющая часть культурного наследия государства или часть его архивов и не выставленная или не предназначенная для выставления на продажу;

5) собственность, составляющая часть экспозиции объектов, которые представляют научный, культурный или исторический интерес, и не выставленная или не предназначенная для выставления на продажу (ст. 21).

Из КТМ РФ следует, что иммунитет в отношении ареста и в других случаях может предоставляться только военным кораблям и другим судам, находящимся в собственности государства или эксплуатируемым им и используемым только для правительственной некоммерческой службы, а также некоммерческим грузам, находящимся в собственности государства.

Российское законодательство определяет, какие государственные органы осуществляют управление этой собственностью, кто правомочен принимать решения о ее приобретении или отчуждении, сдаче в аренду или решать иные вопросы, относящиеся к компетенции собственника имущества.

Решения о приобретении в федеральную собственность недвижимого имущества за рубежом, а также ценных бумаг, долей, паев и акций в находящихся за рубежом юридических лицах за счет федерального бюджета принимаются Правительством РФ. Оно также принимает решения о продаже, мене, залоге, дарении, изъятии такого имущества.

Сдача в аренду недвижимого имущества, закрепленного на балансе государственных предприятий и учреждений на срок до одного года, осуществляется ими самостоятельно, на срок до пяти лет — по согласованию с полномочным государственным органом (Минимуществом), а свыше пяти лет — по решению Правительства РФ. Некоторые функции в этой области Указом Президента РФ от 23 октября 2000 г. были возложены на Управление делами Президента РФ. Ему были переданы расположенные за пределами РФ служебные здания, сооружения, жилые дома, другое недвижимое имущество, находящееся на балансе федеральных органов исполнительной власти и их представительств в иностранных государствах, других государственных органов Российской Федерации (за исключением объектов, необходимых Министерству иностранных дел РФ для осуществления его функций).

В соответствии с Указом Президента РФ от 23 октября 2000 г. было создано государственное унитарное предприятие «Госзагрансобственность», на которое возложены задачи инвентаризации и управления собственностью РФ за рубежом (объекты собственности ранее управлялись десятками различных организаций и ведомств). Имущество за рубежом, не используемое для размещения представительств федеральных органов исполнительной власти в иностранных государствах, других государственных органов и их сотрудников; расположенное за пределами России федеральное недвижимое имущество было передано в хозяйственное ведение этого федерального государственного унитарного предприятия для коммерческого использования такой собственности. Таким образом, государство обеспечивает надлежащее использование этой собственности органами государственной власти, осуществляющими свои функции за рубежом, а остальные объекты недвижимости могут сдаваться в аренду, прежде всего российским компаниям, осуществляющим предпринимательскую деятельность в соответствующих странах.

В сентябре 2001 г. Правительство РФ утвердило Порядок распределения доходов от использования федерального недвижимого имущества, расположенного за пределами России. После уплаты всех платежей, установленных российским законодательством и законодательством государства, где расположена недвижимость, соответствующие суммы должны направляться главным образом на цели, связанные с содержанием этого имущества.

Российское законодательство устанавливает также порядок участия РФ в находящихся за рубежом юридических лицах. Учредителем и участником от имени России выступает полномочный государственный орган, которому предоставлено право по решению Правительства РФ вносить федеральную собственность в уставные капиталы таких юридических лиц (за исключением имущества, закрепленного за государственными унитарными предприятиями на праве полного хозяйственного ведения).

Таким образом, только российское законодательство может определять порядок управления и распоряжения государственной собственностью, находящейся за рубежом.

Приведем пример из судебной практики ФРГ, подтверждающий актуальность этого тезиса.

Предметом рассмотрения суда в Берлине в декабре 1994 г. и в январе 1996 г. было дело о праве собственности на Российский дом науки и культуры (РДНК — бывший Дом советской науки и культуры) и о праве пользования земельным участком, на котором было построено это здание. Дом был построен в соответствии с Соглашением, заключенным в 1982 г. между правительствами СССР и ГДР. В этом соглашении предусматривалось, что здание переходит в собственность СССР и что последнему передается исключительное, бессрочное и безвозмездное право пользования участком для застройки. Соответствующие записи в отношении права собственности на здание и права пользования землей были внесены в поземельные книги сначала на имя СССР, а затем России.

В дальнейшем немецкие граждане создали общество с ограниченной ответственностью «Фридрихштрассе 176 — 179». На основании нотариального договора этому обществу была передана собственность на здание и право пользования земельным участком. Предметом рассмотрения суда стал иск Правительства РФ к обществу о признании договора недействительным. Этот договор, а также некоторые другие нотариальные действия были совершены от имени Правительства РФ тогдашним министром печати и информации РФ, бывшим какой-то период времени одновременно заместителем председателя Совета Министров, или на основании выданных им доверенностей. В этих доверенностях соответствующему лицу доверялось «делать всевозможные заявления и принимать таковые, заключать всякого рода договоры, прямо или косвенно» касающиеся собственности на здание и права пользования объектом, являющимся предметом спора, а также долевого участия РФ в обществе, созданном германскими гражданами.

Суд в своем решении исходил из того, что в отношении того, кто может распоряжаться имуществом РФ и, в частности, отчуждать его, подлежит применению российское право. При этом суд сослался на Постановление Совета Министров СССР от 25 ноября 1980 г., согласно которому отчуждение зданий, находящихся за рубежом, могло осуществляться лишь с согласия Правительства, которое должно было выдаваться в официальном порядке, предусмотренном Законом РСФСР от 24 октября 1991 г. и Постановлением Верховного Совета РСФСР от 12 декабря 1991 г. В соответствии с этим российским законодательством даже лицо, занимавшее должность заместителя Председателя Совета Министров, не могло самостоятельно издавать распоряжение такого рода от имени Правительства. Не имело права осуществлять такие действия и лицо, занимавшее должность руководителя организации, в оперативное управление которой было передано имущество. Суд признал договор, о котором шла речь, недействительным и отменил предварительную запись в поземельной книге о передаче права собственности и права пользования земельным участком немецкому обществу с ограниченной ответственностью.

В течение длительного периода времени предметом рассмотрения арбитражных судов РФ разных уровней был вопрос о передаче долей в уставном капитале совместных российско-монгольских предприятий.

В уставном капитале совместных предприятий «Эрдэнэт» и «Монголросцветмет» (Монголия) российскому государству принадлежало 49%. Эти доли в уставном капитале совместных предприятий были при приватизации включены в уставный капитал открытого акционерного общества «В/О «Зарубежцветмет». Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ своим постановлением отменил постановление федерального арбитражного суда Московского округа исходя из того, что незаконным было решение о передаче 49% долей уставного капитала совместного предприятия и совместного объединения из государственной собственности в уставный капитал объединения в соответствии с распоряжением Госкомимущества России.

В связи с тем, что передача долей в уставном капитале совместного предприятия «Эрдэнэт» и совместного объединения «Монголросцветмет» была произведена с нарушением действовавшего на момент приватизации законодательства, Российская Федерация остается собственником своей доли уставного капитала указанных совместных предприятия и объединения согласно положениям межправительственных соглашений «О деятельности советско-монгольского совместного горно-обогатительного предприятия «Эрдэнэт» и «О деятельности советско-монгольского хозяйственного объединения «Монголросцветмет» от 5 июня 1991 г., которое было продлено в 2003 г.

Постановлением Правительства РФ от 5 января 1995 г. было установлено, что при приватизации государственных предприятий закрепленное на их балансе имущество, находящееся за рубежом (в том числе ценные бумаги, доли, паи и акции в находящихся там юридических лицах), не подлежат включению в уставный капитал акционерных обществ, создаваемых в результате преобразования государственных предприятий и продажи на конкурсах и аукционах.

Дата добавления: 2015-08-05 ; просмотров: 34 ; Нарушение авторских прав

3. Право собственности российских граждан за границей.

Приобретение недвижимости российскими гражданами в иностранных государствах регулируется двумя правопорядками: российским и иностранным, то есть законодательством того государства, где приобретается имущество.

Российское законодательство в настоящий момент позволяет осуществлять право собственности за рубежом. В частности, в соответствии со ст. 6 ФЗ РФ «О валютном регулировании и валютном контроле» 2003 г. валютные операции между резидентами и нерезидентами осуществляются без каких-либо ограничений.

Тем не менее, предпринимались попытки ограничить такую свободу. Так, в 2001 году на рассмотрение в Государственную Думу РФ был внесен законопроект «О вкладах российских граждан за рубежом». Он предлагал регистрировать в течении 30 дней после совершения юридического акта все виды денежных вкладов как частных, так и юридических лиц, их недвижимое имущество, интеллектуальный продукт, ценные бумаги и паевые взносы в уставные капиталы организаций. Однако одним из значимых оснований отклонения данного проекта послужила позиция, что в документе нет четкого механизма регистрации собственности и вкладов, находящихся за рубежом, поскольку все подобные финансовые операции уже регулируются законодательством той страны, на чьих счетах это лежит. Также проект не получил поддержки со стороны Верховного и Арбитражного судов, и Центробанка.

В последнее время российские граждане все чаще приобретают недвижимую собственность в иностранных государствах. Регулирование данных правоотношений осуществляется по законодательству того государства, где находится недвижимость. Каждое государство определяет по-своему порядок приобретения. Например, на Кипре недвижимость регистрируется в Ктиматологио, Земельном Кадастре, в порядке, аналогичном принятому в Великобритании. Для того, чтобы приобрести недвижимое имущество на Кипре в первую очередь необходимо заключить предварительный договор, который носит обязательный характер, как для покупателя недвижимости, так и для продавца. После заключения такого договора, юрист со стороны покупателя наводит все необходимые справки, требуемые районным Управлением по регистрации земельных сделок, гарантирующие, что продавец недвижимости является фактическим ее владельцем, а покупатель приобретает действительное право собственности на данную недвижимость. Необходимо отметить, что для покупателей, не являющихся гражданами Кипра, требуется разрешение от Совета Министров на приобретение недвижимости на территории Кипра, без которого правоустанавливающие документы не могут быть переданы покупателю. Окончательный договор заключается только после того, как будут собраны и проверены все необходимые документы. Договор передается в Управление по регистрации земельных сделок в течение двух месяцев после его заключения, чтобы не допустить повторной продажи одной и той же собственности. В Центральный банк направляется заявление для получения разрешения на перевод денежных средств. Если и покупатель, и продавец являются иностранными гражданами, то заявления не требуется. После этого совершается передача Титула (правоустанавливающего документа), полностью оплачивается цена покупки, и объект недвижимости передается продавцом покупателю. Если приобретаемая недвижимость представляет собой новый объект, выдача уполномоченным органом Титула может быть отложена на срок до трех лет.

Передача права собственности происходит в процессе регистрации в Ктиматологио и выдачи свидетельства о праве собственности. Покупатель может пройти регистрацию либо самостоятельно, либо выдав доверенность юристу или поверенному. Российским гражданам для совершения регистрации необходимо предоставить свидетельство, что за объект недвижимости было заплачено иностранной валютой, и одобрение Советом Министров заявления покупателя о приобретении недвижимости на Кипре.

Законодательство некоторых государств предусматривает особый порядок приобретения недвижимого имущества, например, ограничивая круг субъектов, которые могут приобретать такое имущество. Так, в Чехии и Словакии приобрести недвижимость возможно только на юридическое лицо.

В Болгарии купить недвижимое имущество физическое лицо может без ограничений. Однако болгарское законодательство не разрешает иностранцам быть полноправными владельцами земли (как и в России, кстати). Нерезидент имеет право владеть апартаментами, офисом или домом, но не землей, на котором все эти постройки расположены. Дома покупаются либо на юридическое лицо, либо приобретается без земли и при невозможности или нежелании создавать в Болгарии фирму, придомовой участок остается в собственности строительной компании.

Однако не все государства приветствуют на своей территории «иностранных собственников». Так, Швейцария — страна, где иностранным гражданам купить недвижимость очень сложно. В Швейцарии действует закон lex Friedrich, который запрещает иностранным гражданам, не имеющим вида на жительство, покупать недвижимость. Кроме того, в каждом из 23 кантонов страны, действует своя конституция, налоговое законодательство и правила владения недвижимостью: в некоторых городах иностранцам разрешено лишь право аренды. Иностранцы, которые живут за границей, могут купить жилье в туристических зонах Швейцарии или промышленные здания для производства.

Для получения права на приобретение недвижимости в Австрии необходимо прожить в стране три года. А в Австралии иностранцы могут приобретать только «первичное» жилье: квартиры, таун-хаусы только в новостройках и лишь перед или во время их строительства и до момента их заселения.

Законодательство некоторых государств наоборот упрощает процедуру приобретения недвижимости иностранными субъектами. Так, например, в Испании сложности с приобретением жилья почти не возникают. Устанавливаются лишь дополнительные требования, в частности, для заключения сделки купли-продажи необходимо согласие супруги(а) владельца недвижимости, иначе права нового собственника в любой момент могут быть оспорены. Следует также быть предусмотрительным при подписании эскритуры – главного документа купли-продажи. А вот в Хорватии покупать недвижимость могут и физические, и юридические лица при условии визирования сделки в Министерстве иностранных дел и Министерстве юстиции.

Владеть недвижимостью в Китае может как резидент, так и нерезидент. Ограничений для иностранцев на приобретение нет. После совершения сделки купли-продажи подписанный в присутствии китайского нотариуса, покупателю выдается документ на право собственности. Причем, квартира оформляется только на одного человека.

Право собственности и другие вещные права

Общие положения

Нормы о праве собственности устанавливают принадлежность того или иного имущества определенным лицам, закрепляют полномочия собственника по владению, пользованию и распоряжению принадлежащим ему имуществом, предусматривают правовые средства охраны прав и интересов собственника. Для законодательства о праве собственности разных стран характерны существенные различия. К вещным правам наряду с правом собственности российское гражданское законодательство относит также право залога, право пожизненного наследуемого владения земельным участком, права постоянного бессрочного использования земельного участка, сервитуты и другие права.

Современное российское законодательство исходит из деления имущества на недвижимое и движимое. Недвижимым имуществом признаются земельные участки, участки недр, леса, здания и сооружения. Согласно российскому законодательству, к недвижимым вещам относятся также подлежащие государственной регистрации воздушные, морские и речные суда, космические объекты. Вещи, не относящиеся к недвижимости, в том числе деньги и ценные бумаги, признаются движимым имуществом. Для признания прав иностранцев, под которыми обычно понимается иностранные граждане и лица без гражданства, а также иностранных юридических лиц прежде всего в отношении земельных участков существенное значение имеет разграничение вещного права (прежде всего права собственности на вещь) от обязательственного (прежде всего права аренды).

В аспекте международного частного права основным вопросом для нашего государства после национализации частной собственности стал вопрос о признании его права за рубежом на имущество такого рода. Вопрос о национализации имеет значение и в современных условиях, однако в основном в ином плане, а именно в связи с предоставлением гарантий иностранному инвестору от возможной национализации в стране, куда он вкладывает капитал (см. гл. 8). В современных условиях центр тяжести в области международного частного права переместился в сторону определения того, какое право подлежит применению, т.е. к коллизионным проблемам, а также к признанию и осуществлению прав собственности иностранных граждан и иностранных юридических лиц.

Коллизионные вопросы права собственности и иных вещных прав

1. Коллизионные нормы о праве собственности и иных вещных правах в части третьей ГК РФ разделены на две основные группы. К одной относятся нормы о содержании, осуществлении и защите вещных прав (ст. 1205), к другой — об их возникновении и прекращении (ст. 1206). Кроме того, сформулировано специальное коллизионное правило в отношении применения права к вещным правам на суда и космические объекты.

Статья 1205 «Общие положения о праве, подлежащем применению к вещным правам» гласит:

«1. Содержание права собственности и иных вещных прав на недвижимое и движимое имущество, их осуществление и защита определяются по праву страны, где это имущество находится.

2. Принадлежность имущества к недвижимым или движимым вещам определяется по праву страны, где это имущество находится».

Из приведенного текста следует, что в России, как и во многих других государствах, исходным коллизионным началом для определения права, подлежащего применению в отношении вопросов права собственности, признается закон места нахождения вещи (lex rei sitae). По праву страны, где находится имущество, определяются:

  • содержание права собственности и иных вещных прав на недвижимое и движимое имущество;
  • осуществление этих прав и их защита.

На основе этого же принципа определяется принадлежность имущества к недвижимым или движимым вещам.

В комментариях к этой статье (А.Л. Маковский) обращалось внимание на то, что главной причиной использования именно этого принципа во многих странах является учет интересов гражданского оборота.

Подчинение правомочий собственника и обладателей иных вещных прав на имущество в течение всего времени, пока эти их субъективные права существуют, праву того места, где вещь находится, делает для других участников оборота (как контрагентов этих правообладателей, так и третьих лиц) очевидным, правом какого государства определяются содержание, осуществление и защита соответствующего права на вещь.

Под правом страны, в которой имущество находится, следует понимать, как отмечалось в комментарии А.Л. Маковского, фактическое, действительное место нахождения соответствующего имущества, вне зависимости от местонахождения собственника этого имущества или обладателя на него иных вещных прав, от того, где выданы или находятся правоустанавливающие документы на это имущество, от того, в какой стране оно взято на учет или зарегистрировано (за исключением судов и космических объектов, подлежащих государственной регистрации).

Согласно ГК РФ правомочия собственника (право владения, пользования и распоряжения своим имуществом) определяются как Гражданским кодексом, так и другими законами, в частности Земельным кодексом, Законом об обороте земель сельскохозяйственного назначения и законами о других природных ресурсах. В отношении иностранцев и иностранных юридических лиц этими законами установлены ограничения в отношении прав собственности на земельные участки в городах и поселениях или же полный запрет в отношении земель сельскохозяйственного назначения (см. гл. 4). Таким образом, в приведенном случае реализуется принцип применения права страны места нахождения имущества. Наряду с этим, и на это также обращалось внимание в комментариях к ст. 1205, для конкретного собственника в его взаимоотношениях с контрагентами создается еще и правовой режим соответствующего имущества, основанный на договоре (например, договоре аренды). Отношения сторон по таким сделкам не подпадают под действие коллизионного правила, сформулированного в п. 1 ст. 1205, а определяются по коллизионным правилам разд. VI ГК РФ, относящимся к договорам и односторонним сделкам (см. гл. 9).

Принцип lex rei sitae подлежит применению как в отношении недвижимого, так и в отношении движимого имущества. Различие, однако, состоит в том, что в отношении недвижимого имущества всегда будет применяться право одного и того же государства, а в отношении движимого оно будет меняться в зависимости от того, на территории какого государства это имущество будет находиться.

Существенное практическое значение имеет определение права, подлежащего применению в случае необходимости осуществления защиты права собственности. Например, путем применения такого классического метода защиты, как предъявление виндикационного иска, целью которого является изъятие вещи собственником от незаконного владельца. Приведем пример из практики.

Еще в советский период из деревенской церкви в Сванетии (Грузия) были похищены старинные иконы, в том числе чеканная икона Святого Федора (Теодора) XIV в. Затем икона оказалась в женевском Музее истории и искусств, куда она поступила из Лондона для проведения экспертизы. Икона была передана в музей собирателем, который приобрел икону в Западном Берлине. Виндикационный иск о возврате иконы собственнику (иск предъявлялся государством) был предъявлен в суде в Женеве. В порядке обеспечения иска первоначально был наложен арест на икону, а затем она была возвращена.

В случае, если бы виндикационный иск предъявлялся в России к добросовестному приобретателю, перед судом мог возникнуть вопрос о том, как понимать в таком случае принцип les rei sitae, а именно что понимать под местом нахождения вещи: место (т.е. территорию государства), где вещь находилась в момент, когда она выбыла из владения собственника, или же место, в котором она была приобретена добросовестным приобретателем. В зависимости от ответа на этот вопрос результаты рассмотрения виндикационного иска могут оказаться различными, так как условия защиты добросовестного приобретателя в праве разных стран неодинаковы. По мнению А.Л. Маковского, предпочтение должно быть отдано праву страны, где данная вещь находилась в тот момент, когда она была собственником утеряна (украдена у него или иным образом вышла из его обладания помимо его воли). Стороны спора уже не могут изменить это место в своих интересах, в то время как место отчуждения этой вещи третьему лицу могло быть специально выбрано с целью затруднить собственнику защиту его прав.

Другая группа коллизионных норм в области вещных прав содержится в ст. 1206 ГК РФ. Эта статья, в свою очередь, делится на три пункта. Приведем последовательно эти три пункта.

Пункт 1 ст. 1206 гласит: «Возникновение и прекращение права собственности и иных вещных прав на имущество определяются по праву страны, где это имущество находилось в момент, когда имело место действие или иное обстоятельство, послужившие основанием для возникновения либо прекращения права собственности и иных вещных прав, если иное не предусмотрено законом».

Из приведенного текста следует, что в России будут признаваться вещные права на имущество, возникшие в иностранном государстве на основании норм иностранного права, если иное не предусмотрено прямо российским законом. Правом страны места нахождения вещи определяется в данном споре правомерность возникновения вещных прав на эту вещь. В комментариях к этому пункту ст. 1206 отмечалось, что не имеет значения то обстоятельство, что установление основания для возникновения права собственности в России и в иностранном государстве в ряде случаев не совпадают (например, при передаче имущества в доверительную собственность).

Пункт 2 ст. 1206 гласит: «Возникновение и прекращение права собственности и иных вещных прав по сделке, заключаемой в отношении находящегося в пути движимого имущества, определяются по праву страны, из которой это имущество отправлено, если иное не предусмотрено законом».

В этом пункте под движимым имуществом, «находящимся в пути», понимаются вещи, находящиеся в процессе транспортировки, независимо от того, на основании какой сделки — внешнеторговой или любой иной — эти вещи перемещаются. Практически обычно имеются в виду прежде всего договоры купли-продажи товаров. Как отмечалось в комментариях к этой статье, при быстром изменении места нахождения вещи во время ее транспортировки привязка к месту отправления вещи призвана обеспечить необходимую определенность при осуществлении права, подлежащего применению.

Следует обратить внимание на то, что в этом вопросе в законодательстве других стран может применяться и иной подход. Так, согласно ст. 52 Закона о реформе итальянской системы международного частного права 1995 г. вещные права на имущество, находящееся в пути, регулируются правом места назначения имущества.

Иначе эти вопросы могут быть решены, если стороны договора в соответствии с принципом автономии воли сторон при его заключении или в последующем избрали право, которое подлежит применению к их правам и обязанностям по этому договору. В этом случае избранное сторонами право применяется к возникновению и прекращению права собственности и иных вещных прав на движимое имущество без ущерба для третьих лиц. Смысл последней оговорки состоит в том, что действие принципа автономии воли не может выходить за пределы отношений между сторонами.

Особое значение в международной купле-продаже товаров имеют вопросы перехода права собственности и риска случайной гибели вещи. Сложности в международной практике вызывают случаи, когда предметом сделки является товар, который перевозится по железной дороге, водным или воздушным транспортом.

В международной торговле товары продаются чаще всего на определенных условиях, сложившихся в торговой практике, эти условия называются базисными. Ими определяются права и обязанности сторон, связанные с передачей товаров и, в частности, касающиеся места и момента сдачи товара и момента перехода риска. В России признаны базисные условия, сформулированные в Инкотермс 2000 (см. гл. 9).

В различных Общих условиях поставки решение вопроса о моменте перехода права собственности и риска случайной утраты или случайного повреждения товара увязано с применяемым базисом поставки. Для каждого базиса поставки (при железнодорожных, автомобильных, водных и воздушных перевозках, а также при почтовых отправлениях) установлены определенные правила.

В отношениях между предприятиями, к которым продолжают применяться Общие условия поставок СЭВ (ОУП СЭВ 1968/1988 гг.), момент перехода права собственности и риска случайной гибели товара с продавца на покупателя определяется не путем применения коллизионных норм, а исходя из единых материально-правовых норм. Так, этот переход при железнодорожных перевозках считается совершенным «с момента передачи товара с железной дороги страны продавца железной дороге, принимающей товар», в водных перевозках на условиях «фоб», «сиф» и «каф» — «с момента перехода товара через борт судна в порту погрузки».

Пункт 3 ст. 1206 гласит: «Возникновение права собственности и иных вещных прав на имущество в силу приобретательной давности определяется по праву страны, где имущество находилось в момент окончания срока приобретательной давности».

В российском коллизионном праве этим пунктом впервые решен вопрос о применении права в отношении возникновения права собственности и иных вещных прав на имущество в силу приобретательной давности. Возникновение права собственности по этому основанию возможно лишь в случае длительного, открытого и непрерывного владения вещью как своим собственным имуществом. Сроки приобретательной давности, установленные в различных странах, не совпадают.

2. В международной практике определение права, подлежащего применению в случаях такого рода, имеет определенное значение при решении споров о культурных ценностях. Возникновение права собственности определяется в ряде стран в соответствии с правом страны, где имущество находилось в момент окончания срока приобретательной давности. Приведем пример.

Предметом спора, рассмотренного в английском суде в 1980 г., было собрание японских произведений искусства, украденных в Англии и затем привезенных в Италию. В Италии они были куплены добросовестным приобретателем, который не знал о том, что произведения были похищены. Приобретатель отправил их в Лондон на аукцион фирмы «Кристи», где они были предложены для продажи. Об этом узнал собственник, у которого они были похищены, и потребовал как от фирмы «Кристи», так и от итальянского приобретателя возврата произведений либо выплаты суммы, за которую они будут выкуплены на аукционе.

Исходя из принципа lex rei sitae, суд применял итальянское право как право государства, в котором культурные ценности находились в момент передачи приобретателю. Поскольку ст. 1153 ГК Италии допускает возможность добросовестного приобретения и в отношении похищенных вещей, ответчик мог стать правомерным собственником. Поэтому в иске было отказано.

Более сложная ситуация возникла при рассмотрении спора о судьбе картины «Святое семейство».

Фирма «Кобарт», зарегистрированная в Панаме, принадлежавшая гражданину США и относящаяся к категории компаний почтового ящика (см. § 2 гл. 5), приобрела в 1989 г. картину известного голландского художника Йохима Втевала «Святое семейство» (XVII в.) и представила ее для продажи на аукционе фирмы «Сотбис» в Лондоне. Первоначально немецкий город Гота, а затем и ФРГ в качестве истца предъявили иск к панамской фирме и фирме «Сотбис» о возврате картины, исходя из того, что она перед концом Второй мировой войны была похищена из Готского собрания. В 1945 г. картина была вывезена в Советский Союз, а затем нелегально переправлена на Запад в багаже жены одного из дипломатов.

По версии ответчика (фирмы «Кобарт»), картина была подарена немецкой семьей советскому офицеру, а позднее его сыном продана. После неоднократной смены собственников она была нелегально вывезена в 1987 г. в Западный Берлин. Судьба картины с 1987 по 1989 г. осталась невыясненной, однако, как установил английский суд, представитель фирмы в 1989 г. купил ее в Лондоне. Первоначально ответчик утверждал, что картина была куплена им как добросовестным приобретателем, однако во время рассмотрения дела в Высоком суде (High Court) в 1989 г. в Лондоне он от этого утверждения отказался и ссылался на истечение срока давности как по германскому, так и по английскому праву.

Рассмотрение дела длилось несколько лет. В 1992 г. картина была снята с аукциона фирмы «Сотбис». Решение по делу было вынесено в конце 1998 г. Суд в своем решении исходил также из того, что ответчик знал или должен был знать (предполагать), что картина похищена и что только истечение срока давности ставит его в благоприятное положение, поскольку законный владелец в течение этого времени не мог знать, где находится картина.

Суд, применив положение об исковой давности германского права, истолковал его в пользу собственника (истца) таким образом, что к требованию истца о возврате ему похищенной или иным образом утраченной культурной ценности исковая давность не применяется.

Вопросы, связанные с защитой права собственности на культурные ценности, приобрели в условиях широкого развития международного культурного сотрудничества большую актуальность, что делает необходимым останавливаться на них специально ниже (см. § 7 этой главы).

3. Особый характер носят положения ст. 1207 ГК РФ, посвященной определению права, подлежащего применению к праву собственности и иным вещным правам на транспортные средства, которая гласит:

«К праву собственности и иным вещным правам на воздушные и морские суда, суда внутреннего плавания, космические объекты, подлежащие государственной регистрации, их осуществлению и защите применяется право страны, где эти суда и объекты зарегистрированы».

В комментариях к этой статье обычно отмечается, что к транспортным средствам не может применяться традиционный для вещных прав коллизионный принцип lex rei sitae, поскольку эти объекты постоянно передвигаются из одной страны в другую. Поэтому с помощью отсылки к праву страны, где эти суда и объекты зарегистрированы, создается, как отмечает А.Л. Маковский, фикция постоянного нахождения судов и космических объектов в одном месте и обеспечивается определенность и стабильность их правового режима почти в такой же степени, как и вещей, недвижимых по своей природе.

Коллизионные нормы в отношении вещных прав содержатся также в КТМ РФ, согласно ст. 417 которого права на имущество, затонувшее во внутренних морских водах или в территориальном море, а также отношения, возникающие в связи с затонувшим имуществом, определяются законом государства, в котором имущество затонуло.

К затонувшим в открытом море судам, находящимся на них грузам и иному имуществу применяется закон государства флага судна.

4. Для стран СНГ по этим вопросам действуют правила ст. 38 Минской конвенции 1993 г. и ст. 41 Кишиневской конвенции 2002 г., а именно:

  • право собственности на недвижимое имущество определяется по законодательству договаривающейся стороны, на территории которой находится недвижимое имущество. Вопрос о том, какое имущество является недвижимым, решается в соответствии с законодательством договаривающейся стороны, на территории которой находится это имущество;
  • право собственности на транспортные средства, подлежащие внесению в государственные реестры, определяется по законодательству договаривающейся стороны, на территории которой находится орган, осуществивший регистрацию транспортного средства;
  • возникновение и прекращение права собственности или иного вещного права на имущество определяется по законодательству договаривающейся стороны, на территории которой имущество находилось в момент, когда имело место действие или иное обстоятельство, послужившее основанием возникновения или прекращения такого права;
  • возникновение и прекращение права собственности или иного вещного права на имущество, являющееся предметом сделки, определяется по законодательству места совершения сделки, если иное не предусмотрено соглашением договаривающихся сторон.

Применение за границей законов о национализации

1. Под национализацией понимается изъятие имущества, находящегося в частной собственности, и передача его в собственность государства. В результате национализации в собственность государства переходят не отдельные объекты, а целые отрасли экономики. Экспроприацию и национализацию как общие меры государства по осуществлению социально-экономических изменений следует отличать от реквизиции, под которой понимается изъятие имущества государства в случаях неотложной необходимости (например, во время военных действий и т.д.), и от конфискации как меры наказания индивидуального порядка. Эти различия могут играть определенную роль и при решении вопросов, относящихся к сфере международного частного права.

Право любого государства на национализацию частной собственности, в том числе и принадлежащей иностранным физическим и юридическим лицам, вытекает из такого общепризнанного принципа международного права, как суверенитет государства.

Международное публичное право признает право государства на проведение национализации, но оно не регулирует и не может регулировать отношения собственности, возникающие между государством и частными физическими и юридическими лицами. Условия проведения национализации определяются не международным правом, а внутренним правом государства, осуществляющего национализацию.

При всех отличиях, связанных с историческими, политическими и экономическими условиями проведения национализации в различных странах, с точки зрения проблематики международного частного права важно выявление некоторых общих черт, характерных для правовой природы национализации.

Во-первых, всякий акт национализации — это акт государственной власти; во-вторых, это социально-экономическая мера общего характера, а не мера наказания отдельных лиц; в-третьих, национализация может осуществляться в отношении собственности вне зависимости от того, кому она принадлежит (отечественным или иностранным физическим и юридическим лицам); в-четвертых, каждое государство, проводящее национализацию, определяет, должна ли выплачиваться иностранцам компенсация за национализированную собственность, а если должна, то в каком размере. Внутренний закон государства может предусмотреть предоставление компенсации, условия и время ее выплаты, что имело место в ряде стран.

Классический западный подход, нашедший свое отражение, в частности, в Руководстве по регулированию прямых иностранных инвестиций МБРР, признает право государства на осуществление экспроприации и национализации любой собственности, в том числе и иностранной, при соблюдении следующих условий: во-первых, эти меры должны осуществляться для достижения общественно полезных целей, во-вторых, на законных основаниях «в соответствии с применимой к данным обстоятельствам юридической процедурой», в-третьих, без дискриминации, в-четвертых, при условии «быстрой, адекватной и эффективной компенсации».

В российском Законе об иностранных инвестициях 1999 г. предусматривается, что в случае национализации иностранному инвестору или организации с иностранными инвестициями «возмещается стоимость национализируемого имущества и другие убытки» (ст. 8). Как и в ряде других случаев, касающихся иностранных инвестиций, более детальное регулирование содержится в двусторонних соглашениях, заключенных Россией с другими государствами о взаимном поощрении и защите инвестиций, в которых прямо предусматривается быстрая, адекватная и эффективная компенсация. Развернутая формулировка по этому вопросу содержится, например, в Соглашении 1998 г. с Японией. Там говорится, что капиталовложения и доходы инвесторов каждой договаривающейся стороны не будут подвергнуты экспроприации, национализации или любым другим мерам, равным по последствиям экспроприации или национализации, на территории другой договаривающейся стороны, за исключением случаев, когда эти меры принимаются в общественных интересах в соответствии с законом, не являются дискриминационными и предусматривают быструю, адекватную и эффективную компенсацию. Эта компенсация должна соответствовать нормальной рыночной стоимости капиталовложений и доходов на момент, когда об экспроприации, национализации или любых других мерах, равных им по последствиям, было публично объявлено, или когда экспроприация, национализация или такие меры были предприняты, в зависимости от того, что произошло раньше, без снижения этой стоимости из-за предполагаемой конфискации, которая в конце концов произойдет. Такая компенсация выплачивается без задержки и учитывает соответствующие проценты за весь период времени до момента платежа. Она должна быть практически осуществимой, свободно конвертироваться, переводиться и выплачиваться в такой форме, которая ставила бы инвесторов в положение не менее благоприятное, чем то, в котором они находились бы, будь компенсация выплачена незамедлительно в день экспроприации, национализации или принятия любых других мер, равных по последствиям экспроприации или национализации (ст. 5 Соглашения).

Советский Союз, а затем Россия и другие страны СНГ признали в заключенных ими соглашениях принцип быстрой, адекватной и эффективной компенсации. Естественно, что такое признание принципа компенсации не имеет обратной силы и не может быть распространено на национализацию, проведенную в нашей стране в период до заключения этих соглашений.

Законы о национализации имеют экстерриториальное действие, т.е. должны признаваться и за пределами государства, их принявшего. Это означает, что государство, осуществившее национализацию, должно быть признано за границей собственником как имущества, которое находилось в момент национализации в пределах его территории, так и национализированного имущества, находившегося в момент национализации за границей.

В настоящее время, как правило, ни судебной практикой, ни юридической доктриной стран Запада не оспаривается экстерриториальное действие законов о национализации в отношении имущества, которое в момент национализации находилось на территории государства, осуществившего национализацию, а затем было вывезено за границу в порядке ведения внешней торговли, в качестве экспонатов на выставки или для иных целей.

Решающее значение для признания судами принципа экстерриториального действия законов о национализации имела длительная борьба советского государства, которую оно вело за признание своих прав на имущество, приобретенное в силу законов о национализации.

Первым решением, которым было признано экстерриториальное действие советских законов о национализации, было решение Высокого суда Великобритании от 12 мая 1921 г. по делу «А.М. Лютер против Д. Сегора». Суть этого известного дела сводилась к следующему. В августе 1920 г. Наркомвнешторг РСФСР продал английской фирме «Сегор» партию фанеры. До национализации фанера была собственностью акционерного общества «Лютер». Национализированный товар (фанера) в момент национализации находился на складе предприятия общества «Лютер» в Новгороде. После прибытия фанеры в Великобританию бывшие собственники общества «Лютер» предъявили иск фирме «Сегор» о возврате фанеры. Первоначально иск был удовлетворен, однако при вторичном рассмотрении дела уже после заключения первого торгового договора между РСФСР и Великобританией в 1921 г. английский суд отклонил иск. Судья Скретон (Scrutton), в частности, указал, что если Л.Б. Красин (глава советской торговой делегации) привез товары в Англию от имени своего правительства и объявил, что они принадлежат правительству, то ни один английский суд не может проверять такое заявление. Как заявил судья Варингтон (Warrington), суд не может «входить в рассмотрение вопроса о действительности актов, коими право собственности на спорные товары было изъято от истцов и перенесено на ответчиков». Судьи отвергли довод истца о том, что советские законы о национализации противоречат принципам справедливости и морали и поэтому действие их не может быть признано в Великобритании.

Из решений судов других стран следует указать на решение федерального суда США от 5 июня 1931 г. по делу о советском золоте (по иску Банка Франции к американским банкам), в котором было признано, что акты национализации должны рассматриваться как действительные. В решениях американских судов по делу «правительство США против банкирского дома М. Бельмонт» (1937) и по делу Пинка (1942) было признано экстерриториальное действие советских законов о национализации в отношении имущества отделений национализированных русских юридических лиц, находившегося в момент национализации на территории США.

В решении французского суда от 16 июня 1993 г. по искам И. Щукиной и И. Коновалова к Российской Федерации, Государственному Эрмитажу и Музею имени А.С. Пушкина суд признал, что акт национализации — это акт государственной власти. И особенно важно, что факт проведения национализации собственности без компенсации не меняет природы акта национализации как акта осуществления суверенитета государства со всеми вытекающими отсюда последствиями.

В 2000 г. внуком С.И. Щукина — французским гражданином Андре-Марком Делоном-Фурко были предъявлены в Италии требования о наложении ареста на картины, привезенные из музея Эрмитажа и помещенные на выставке в Риме, а в декабре 2002 г. тот же внук потребовал выплаты ему компенсации в связи с выставкой картин французских импрессионистов из коллекции С.И. Щукина в Хьюстоне (США).

В силу применяемых в каждой стране коллизионных норм моменты возникновения и перехода права собственности определяются по принципу lex rei sitae. Отсюда следует, что при рассмотрении иностранными судами вопросов, касающихся национализированного имущества, подлежат применению законы государства, осуществившего национализацию.

Признание права собственности государства на национализированное имущество, вывозимое им за границу, является необходимой предпосылкой осуществления международной торговли. Без признания экстерриториального действия национализации была бы невозможной международная торговля.

Г. Кегель (ФРГ) исходит из необходимости признания иностранной экспроприации (этим термином он пользуется в своем учебнике по международному частному праву), а тем самым и применения иностранного права, на основании которого была проведена эта экспроприация. «Право на персидскую нефть, индонезийский табак и чилийскую медь, ввозимые на европейский рынок, пришлось в последние годы признать за новыми господами», — писал он. Г. Кегель имеет в виду решения судов ряда стран, вынесенные в связи с национализацией Англо-Иранской нефтяной компании, решение апелляционного суда Бремена, отказавшего в 1959 г. в иске двум голландским обществам в отношении нескольких тысяч тюков табака, закупленных западногерманской фирмой в Индонезии, а также решения, вынесенные в отношении национализации, проведенной правительством С. Альенде в Чили. В этих решениях судов были отвергнуты домогательства бывших собственников на национализированное имущество и признано экстерриториальное действие актов о национализации в отношении имущества, находившегося в момент национализации в стране, где она была проведена, и вывезенного затем за границу. Впоследствии в силу изменений, происшедших в Индонезии, правительство этой страны приняло решение о возвращении прежним владельцам ранее национализированных предприятий. Однако решение западногерманского суда в Бремене об индонезийском табаке сохраняет свое принципиальное значение.

2. Если право собственности на вывезенное за границу национализированное имущество получило повсеместное признание, то иное положение сложилось в судебной практике государств Запада в отношении национализированного имущества, находившегося в момент национализации за границей. Суды ссылаются при этом на то, что приобретение права собственности на имущество может определяться исключительно законами страны места его нахождения. С этим обоснованием нельзя согласиться. Если обратиться к практике проведения национализации советским государством, то следует прежде всего отметить, что по советскому законодательству не имело юридического значения, где находилось имущество национализируемого предприятия в момент национализации, поскольку национализация распространяется на все такое имущество, независимо от места его нахождения. В большинстве случаев речь шла о том, что за границей находились лишь отдельные составные части национализированного имущественного комплекса, отдельные вклады в банках, отдельные имущественные требования (права и т.п.). Что же касается филиалов национализированных юридических лиц, то личный закон юридического лица регулирует, согласно признанным повсеместно правилам международного частного права, порядок ликвидации такого юридического лица и предусматривает, какие последствия при этом наступают.

«Судьба зарубежного имущества национализированных предприятий, — отмечает Л.А. Лунц в своей работе «Международное частное право», — может определяться лишь законом той страны, к которой данное предприятие принадлежало в момент национализации. Например, бывшие русские частные банки и русские страховые общества, уставы которых были в свое время утверждены в России в соответствии с действующими в то время российскими законами и правления которых находились в Петербурге или Москве, имели, очевидно, русский личный статут. Национализация их по декретам советского правительства не могла не получить экстерриториального действия».

Признание одним государством национализации собственности его граждан и юридических лиц, проведенной другим государством, часто становится в международной практике предметом международных соглашений. В таком соглашении могут быть урегулированы и взаимные имущественные претензии, возникшие в связи с проведением национализации. Урегулирование подобных претензий вытекает из самого факта признания действия национализации.

Первым соглашением такого рода в советской договорно-правовой практике был советско-германский договор, заключенный в Рапалло 16 апреля 1922 г. По ст. 2 договора Германия признала национализацию, проведенную в Советской России, поскольку она прямо отказалась от предъявления претензий в отношении имущества германских граждан, национализированного советским государством без какой-либо компенсации, «при условии, что правительство РСФСР не будет удовлетворять аналогичные претензии других государств».

Советско-американским соглашением 1933 г. (соглашением Литвинов — Рузвельт), а затем обменом нотами в 1937 г. по вопросу об урегулировании долговых претензий и претензий на национализированное имущество со стороны США была признана национализация, проведенная советским государством. Правительство США получило от СССР право истребовать некоторое находящееся на территории Соединенных Штатов Америки имущество, перешедшее к советскому государству в силу законов о национализации.

Принцип взаимного зачета финансовых и имущественных претензий, возникших до 9 мая 1945 г., был положен в основу соответствующего Соглашения между Россией и Францией об окончательном урегулировании взаимных финансовых и имущественных требований, возникших до мая 1945 г. Оно было заключено 27 мая 1997 г. Согласно ст. 1 Соглашения, французская сторона не будет ни от своего имени, ни от имени французских физических и юридических лиц предъявлять или иным образом поддерживать требования, касающиеся претензий по займам и облигациям (имеются в виду претензии по займам Российской империи, Временного правительства), интересам и активам, в отношении которых французские лица «были лишены прав собственности или владения» (имеются в виду претензии по национализации, проведенной после Октябрьской революции), претензии по долгам правительства Российской империи, правительств, пришедшим им на смену, правительства СССР.

Соответственно, согласно ст. 2 Соглашения, со стороны России не будут предъявляться требования в отношении ущерба, причиненного во время интервенции 1918 — 1922 гг., требования в отношении активов во Франции и переданного золота, в том числе и так называемого колчаковского золота.

В возмещение претензий Россия обязалась выплатить Франции определенную сумму в долларах. Полученные средства будут распределяться во Франции среди французских физических и юридических лиц в соответствии с действующим французским законодательством. Из этого соглашения следует, что, в частности, у французских держателей облигаций по займам или лиц, собственность которых была национализирована в России без выплаты компенсации, возникнут соответствующие отношения с правительством Франции, а не России.

Приобретение иностранными гражданами и иностранными юридическими лицами прав собственности и иных вещных прав в России

1. Предоставление в России национального режима иностранным гражданам и лицам без гражданства действует и в отношении права собственности. Указанные лица могут приобретать и отчуждать имущество, отдавать его в залог, осуществлять право владения, пользования и распоряжения на равных основаниях с российскими гражданами и юридическими лицами за изъятиями и ограничениями, установленными федеральными законами.

Как и в ряде других государств (см. § 5 этой главы), в России основные ограничения касаются прав собственности на землю. Согласно Закону об обороте земель сельскохозяйственного назначения 2002 г. иностранные граждане, иностранные юридические лица, лица без гражданства не могут приобретать земельные участки из земель сельскохозяйственного назначения в собственность. Им может предоставляться только право аренды. Обладать земельными участками на праве аренды могут также юридические лица, в уставном (складочном) капитале которых доля иностранных граждан, иностранных юридических лиц, лиц без гражданства составляет более чем 50%.

Согласно Закону иностранные юридические лица, иностранные граждане и лица без гражданства, а также российские юридические лица с таким иностранным капиталом отнесены к числу лиц, которые обязаны произвести отчуждение земельного участка из земель сельскохозяйственного назначения или доли в праве общей собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения, которые не могут им принадлежать на праве собственности (ст. 5 этого Закона). В соответствии с этой статьей установлен следующий порядок отчуждения.

В случае, если в собственности лица по основаниям, допускаемым Законом, оказались земельный участок или доля из земель сельскохозяйственного назначения и это влечет за собой нарушение требований этого Закона, такие земельные участки или доля должны быть отчуждены собственником. Отчуждение земельного участка или доли в праве общей собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения, приобретенных до вступления в силу этого Закона, должно быть осуществлено в течение года со дня вступления его в силу. Земельные участки или доли в праве общей собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения, приобретенные после вступления в силу этого Закона, подлежат отчуждению в течение года со дня возникновения права собственности на эти земельные участки или доли в праве общей собственности на земельный участок либо в течение года со дня, когда собственник узнал или обязан был узнать об обстоятельствах, которые повлекли за собой нарушение требований Закона.

В случае, если при нарушении требований закона собственник не произведет в течение указанного выше срока отчуждение земельного участка или доли в праве общей собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения, учреждение юстиции, осуществляющее государственную регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним, обязано в письменной форме известить об этом орган государственной власти субъекта РФ.

Орган государственной власти субъекта РФ в течение месяца со дня, когда ему стало известно о нарушении требований закона, обязан обратиться в суд с заявлением о понуждении такого собственника к продаже земельного участка или доли в праве общей собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения на торгах (конкурсах, аукционах).

В случае отсутствия лица, изъявившего желание приобрести земельный участок или долю в праве общей собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения, эти земельный участок или долю должен приобрести субъект РФ либо в случаях, установленных законом субъекта РФ, орган местного самоуправления по начальной цене предмета торгов. Таким образом, земельные участки сельскохозяйственного назначения вообще не могут находиться в собственности иностранцев. Иностранные граждане, лица без гражданства и иностранные юридические лица могут владеть и пользоваться земельными участками сельскохозяйственного назначения только на праве их аренды.

Не могут находиться в собственности иностранных граждан и юридических лиц участки недр, континентального шельфа, лесного фонда, они могут быть предоставлены им только на правах пользования или аренды при условии, что эти лица наделены правом заниматься соответствующей деятельностью.

Не могут находиться в собственности иностранцев земельные участки, предоставляемые членам садоводческих, огороднических и дачных товариществ.

Эти положения установлены ЗК РФ. Кроме того, этим Кодексом установлены ограничения следующего характера:

  • иностранные граждане, лица без гражданства и иностранные юридические лица не могут обладать на праве собственности земельными участками, находящимися на приграничных территориях и на иных установленных особо территориях РФ в соответствии с федеральными законами (п. 3 ст. 15 ЗК РФ). Перечень приграничных территорий устанавливается Президентом РФ. До установления такого перечня право собственности иностранцев на земельные участки на приграничных территориях не допускается. Под особыми территориями понимаются территории, на которых находятся, в частности, объекты стратегического значения, военные объекты. Имеются в виду и так называемые закрытые территориальные образования;
  • право преимущественной покупки и аренды земельных участков предоставляется иностранным гражданам, лицам без гражданства и иностранным юридическим лицам в случаях, когда они являются собственниками зданий, сооружений и строений, находящихся на чужом земельном участке, но ЗК РФ установлены определенные ограничения. Кроме того, Президент РФ может установить перечень видов зданий, строений и сооружений, на которые это правило не распространяется (п. 5 ст. 35 ЗК РФ);
  • иностранным гражданам, лицам без гражданства и иностранным юридическим лицам могут предоставляться земельные участки для строительства, за исключением случаев, когда участки находятся на приграничных и иных особо установленных территориях;
  • для иностранцев и иностранных юридических лиц установлены особые правила в отношении предоставления земельных участков для строительства (п. 12 ст. 30 ЗК РФ);
  • в случаях приватизации установлены ограничения в отношении приобретения иностранцами прав на земельные участки, которые находятся в государственной или муниципальной собственности и на которых расположены здания, строения и сооружения, находящиеся в собственности иностранных лиц.

Земельные участки, находящиеся в государственной или муниципальной собственности, могут предоставляться иностранным гражданам, лицам без гражданства и иностранным юридическим лицам в собственность только за плату, размер которой установлен ЗК РФ. Российским гражданам и юридическим лицам в ряде случаев участки могут предоставляться в собственность бесплатно, кроме того, ЗК РФ установлена возможность предоставления им участков в безвозмездное срочное пользование.

В отношении аренды законодательством установлены следующие правила: иностранным гражданам, лицам без гражданства, иностранным юридическим лицам предоставляется право аренды сельскохозяйственных земельных участков, но за исключением случаев, предусмотренных ЗК РФ (п. 1 ст. 22). Такие арендаторы не имеют права на льготы и привилегии, которые предоставляются российским сельскохозяйственным товаропроизводителям, а также на государственную финансовую поддержку.

В отношении других земель соответствующие правила о праве собственности иностранцев и иностранных юридических лиц были установлены ЗК РФ. Согласно положениям кодекса иностранные граждане, лица без гражданства и иностранные юридические лица — собственники зданий и сооружений, которые расположены на земельных участках, находящихся в государственной или муниципальной собственности, имеют право на приобретение этих земельных участков в собственность в порядке, установленном ЗК РФ. Это положение не распространяется на участки, находящиеся на приграничных территориях, участки, изъятые из оборота, зарезервированные для государственных или муниципальных нужд, участки, в отношении которых установлен запрет приватизации (п. 9 ст. 36 ЗК РФ).

В течение длительного периода времени в России имела место неопределенность в отношении прав собственности иностранцев на землю. В комментариях к земельному законодательству (под ред. Г.Е. Быстрова и Б.Д. Клюкина) обращалось внимание на то, что ранее действовавший ЗК РСФСР не предусматривал права собственности и права пожизненного наследуемого владения иностранных граждан.

Нормы ст. 7 ЗК РСФСР, закрепившие порядок, согласно которому иностранные граждане могут выступать лишь арендаторами земельных участков, официально утратили юридическую силу 24 декабря 1993 г. Необходимые условия для реализации инвестиционного потенциала земли и развития регулируемого оборота земель заложил Указ Президента РФ от 14 июня 1992 г. N 631, установивший Порядок продажи земельных участков при приватизации государственных и муниципальных предприятий, расширении и дополнительном строительстве этих предприятий, а также участков, предоставленных гражданам и их объединениям для предпринимательской деятельности. Нормы п. 3 данного Порядка признавали любых юридических и физических лиц, включая иностранных, покупателями земельных участков.

Тенденция расширения прав собственности иностранных граждан и юридических лиц нашла выражение в Указе Президента РФ от 27 октября 1993 г. N 1767 «О регулировании земельных отношений и развитии аграрной реформы в России», который подтвердил право собственности на землю иностранных инвесторов, если им это право передано российскими партнерами в качестве взноса в уставный фонд корпоративных и кооперативных организаций.

Несмотря на формальное признание законодательством начала 90-х гг. прав иностранных физических и юридических лиц на землю, в действительности земельная правосубъектность иностранцев была неопределенной, так как неясным оставался вопрос, могут ли иностранные граждане и иностранные юридические лица, а также предприятия с иностранным участием, действующие на территории России как российские юридические лица, приобретать в собственность земельные участки несельскохозяйственного назначения.

Более определенно в законодательстве регулировался вопрос о правах иностранных граждан на сельскохозяйственные земли. Закон о крестьянском (фермерском) хозяйстве предоставлял право на создание крестьянского хозяйства и на получение земельного участка для этих целей только гражданину РСФСР. Аналогичные ограничения прав иностранных граждан содержались в Законе о сельскохозяйственной кооперации, который предусматривал, что членами производственного кооператива могут быть только граждане Российской Федерации.

Предусмотренные в ЗК РФ 2001 г. правила (п. 2 ст. 5 и п. 3 ст. 15) расширяют круг иностранных лиц, которые признаются участниками земельных отношений, включая иностранные юридические лица; устанавливают возможность приобретения земельного участка иностранными гражданами, лицами без гражданства и иностранными юридическими лицами не только на праве аренды, но и на праве собственности, вводя в то же время определенные ограничения, о которых говорилось выше.

2. Существенные ограничения прав иностранных граждан и иностранных юридических лиц установлены в отношении их прав собственности и участия в учреждении организаций в области телевидения и телевидеопрограмм. Согласно принятому в 2001 г. дополнению к Закону о средствах массовой информации 1991 г., иностранный гражданин, лицо без гражданства и гражданин Российской Федерации, имеющий двойное гражданство, иностранное юридическое лицо, а равно российское юридическое лицо с иностранным участием, доля (вклад) иностранного участия в уставном (складочном) капитале которого составляет 50% и более, не вправе учреждать организации (юридические лица), осуществляющие телевещание, зона уверенного приема передач которых охватывает половину и более половины субъектов РФ либо территорию, на которой проживает половина и более половины численности населения России.

Отчуждение долей (акций) учредителем телепрограмм и телекомпаниями, повлекшее появление в их уставном (складочном) капитале доли (вклада) иностранного участия, составляющей 50% и более, не допускается.

Приобретение российскими гражданами и юридическими лицами прав собственности иных вещных прав за рубежом

Как и в других случаях, касающихся осуществления прав российских граждан и юридических лиц, сама возможность приобретения таких прав определяется нормами российского законодательства и, конечно, в отношении реализации этой возможности в конкретно взятой стране часто весьма детальными правилами законодательства этой страны. Как образно отмечалось в нашей литературе (Л.П. Ануфриева), если российское право говорит «да», то это еще не означает наличие реальной возможности для российского гражданина приобрести недвижимость в той или иной стране, акции или доли в капитале какой-либо компании и т.д.

Российское законодательство не запрещает гражданам и организациям приобретать недвижимость, акции и ценные бумаги иностранных компаний и обществ. Определенные ограничения были установлены валютным регулированием с целью создания препятствий для утечки капиталов за границу. В частности, было установлено правило, в силу которого любая покупка российским физическим или юридическим лицом недвижимостей, акций, ценных бумаг за границей должна осуществляться только с разрешения Центрального банка РФ. Но этот запрет на практике не применялся. В дальнейшем требование получения разрешения было заменено требованием представления уведомления. В целях ограничения вывоза капитала Центральным банком РФ был установлен лицензионный (разрешительный) порядок открытия российскими гражданами счетов в банках за рубежом, за исключением случаев открытия ими счетов во время пребывания за границей.

В отношении возможности приобретения иностранцами права собственности на недвижимость, и в первую очередь на земельные участки, в ряде стран установлены запреты или ограничения.

В Канаде в некоторых провинциях ограничиваются права иностранцев на покупку земли (так, в Альберте иностранцы и компании под иностранным контролем не имеют права покупать и владеть землей, в Саскачеване ограничивается размер сельскохозяйственных земельных участков, которые могут быть проданы иностранцам).

В Финляндии отделения иностранных компаний и компании, в которых иностранным лицам принадлежит более 20% (в отдельных случаях более 40%) акций, не имеют права без разрешения Государственного Совета приобретать или продавать недвижимость на срок более двух лет.

В некоторых странах продажа земельных участков не допускается, в США покупка иностранцами недвижимости, особенно земли, ограничивается законами большинства штатов.

В ряде стран для покупки земли иностранцами требуется получение разрешения местных или центральных органов (в Австралии, Австрии, Дании, Швейцарии — с некоторыми изъятиями), требуется разрешение на приобретение недвижимости: на Кипре — Совета министров Кипра, в Польше — министра внутренних дел Польши, в странах Балтии — различных иных органов. Сошлемся в качестве примера на законодательство Литвы.

В 1996 г. ст. 47 Конституции Литвы была дополнена и одновременно был принят конституционный закон, предусматривающий порядок, условия и ограничения в отношении приобретения земельных участков несельскохозяйственного назначения. Согласно этим правовым актам иностранным субъектам разрешается приобретать земельные участки для строительства зданий и в других случаях осуществления предпринимательской деятельности. Под иностранными субъектами понимаются предприятия, зарегистрированные в качестве юридических лиц в Литве, правления которых находятся в Литве и эффективный контроль в отношении которых осуществляют иностранные предприятия или иностранные граждане, а также иностранные предприятия, отделения и представительства которых находятся в Литве.

Запрещено приобретать землю на курортах, взморье, на территории национальных парков и в ряде других случаев. Землю разрешено продавать только иностранным субъектам, отвечающим критериям «европейской и трансконтинентальной. «, т.е. из числа государств — членов ЕС, или государств, заключивших соглашения об ассоциации с ЕС, или государств, бывших в момент принятия закона членами Организации экономического сотрудничества и развития (OECD) или Североатлантического пакта (НАТО). Из этого перечня следует, что не допускается покупка земли лицами из России и других государств СНГ.

Порядок и условия приобретения за рубежом российскими гражданами, предприятиями и учреждениями, а также государством недвижимого имущества полностью определяется законодательством страны местонахождения этого имущества. Покупатели, а также арендаторы должны самым тщательным образом выполнять предписания этого законодательства (правила регистрации земельных участков в земельных кадастрах и др.). При этом необходимо проверять, не имеются ли в отношении земельного участка какие-либо обременения, в частности сервитуты (право прохода других лиц, проживание и т.д.), не заложено ли соответствующее имущество и т.д. Игнорирование таких обстоятельств может привести к неблагоприятным последствиям для российского покупателя или арендатора имущества.

Правовое положение собственности Российской Федерации и российских организаций за рубежом

1. Категории государственного имущества, находившегося за границей в различные исторические периоды существования Советского Союза, а затем РФ, не оставались неизменными. В их число входило имущество, перешедшее в порядке правопреемства от Российской империи к советскому государству, а также имущество, перешедшее в порядке правопреемства от Советского Союза к Российской Федерации. В Указе Президента РФ от 8 февраля 1993 г. «О государственной собственности бывшего Союза ССР за рубежом» было заявлено, что «Российская Федерация как государство — продолжатель Союза ССР принимает на себя все права на недвижимую и движимую собственность бывшего СССР, находящуюся за рубежом, а также выполнение всех обязательств, связанных с использованием этой собственности».

За границей находилось имущество, перешедшее к советскому государству после проведения им национализации. После окончания Второй мировой войны значительную категорию советского государственного имущества за границей составляли так называемые активы, которые перешли к советскому государству в порядке репараций.

Передача СССР германских активов, а также активов бывших союзников Германии (в частности, Италии) была предусмотрена решениями Потсдамской конференции и Мирными договорами 1947 г.

За границей находятся различные категории имущества, входящие в состав государственной собственности. Это имущество посольств, представительств РФ при международных организациях, консульств, торгпредств, вклады Центрального банка РФ и Внешэкономбанка, экспортные товары, временно находящиеся за границей морские и воздушные суда и т.д.

Развитие экономических отношений между Россией и иностранными государствами неизбежно приводит к увеличению объема этого имущества, и прежде всего товаров, вывозимых как для продажи, так и для экспонирования на различных выставках. Активное культурное сотрудничество невозможно без организации за рубежом художественных выставок.

Имущество (движимое и недвижимое) может находиться за рубежом постоянно или временно. В состав этого имущества входят принадлежащие российскому государству ценные бумаги, доли и паи юридических лиц, находящихся за рубежом.

Значительную категорию имущества за рубежом составляет имущество Русской Православной Церкви, различных благотворительных организаций.

Правовое положение федеральной собственности, находящейся за рубежом, определяется как российским законодательством, так и законодательством страны места нахождения имущества, а также международными договорами РФ.

В отношении находящейся за рубежом российской государственной собственности следует различать собственность Российской Федерации (федеральную собственность) и собственность субъектов Федерации, а также имущество муниципальных объединений.

2. Может ли государственная собственность занимать за границей такое же положение, что и собственность, принадлежащая любому частному лицу? Можно ли в иностранном государстве под тем или иным предлогом, в частности под предлогом мнимого неисполнения обязательств российских организаций, арестовать государственное имущество, находящееся за границей, продать его с публичных торгов или подвергнуть иным мерам принудительного характера?

На эти вопросы следует дать отрицательный ответ, поскольку собственность государства находится в особом положении — она пользуется иммунитетом. Выше был рассмотрен вопрос об иммунитете государства и его органов (см. гл. 6). Иммунитет собственности тесно связан с иммунитетом государства, но может рассматриваться как самостоятельный вид иммунитета.

Иммунитет собственности государства заключается в особом режиме такой собственности, обусловленном особым положением субъекта права собственности — суверенного государства. Иммунитет собственности государства, находящейся за границей, сводится к тому, что это имущество не может быть объектом насильственных мер со стороны того государства, где указанное имущество находится.

Собственность государства пользуется неприкосновенностью. Это означает, что она не может без согласия государства-собственника быть подвергнута принудительному отчуждению, аресту, секвестру и другим принудительным мерам; ее нельзя насильно удерживать на иностранной территории; она не должна подвергаться расхищению со стороны другого государства, его органов или частных лиц.

Таким образом, неприкосновенность собственности государства не ограничивается изъятием ее из-под действия принудительных мер судебного характера. К ней не могут применяться и административные меры, она не может быть объектом взыскания по всякого рода внесудебным требованиям.

Иммунитет, которым пользуется собственность иностранного государства, делает недопустимым: 1) предъявление исков непосредственно к такой собственности (исков in rem в англо-американском праве); 2) наложение ареста на собственность для обеспечения любого предъявляемого к иностранному государству иска, связанного или не связанного с такой собственностью; 3) принудительное исполнение решения суда, вынесенного в отношении такой собственности иностранного государства.

При рассмотрении вопроса об иммунитете собственности английский ученый Дайси различает два случая. В первом случае собственность иностранного государства находится в руках представителя этого государства, пользующегося судебным иммунитетом, и потому иск направлен против суверена. Во втором случае собственность находится в руках третьего лица, не пользующегося судебным иммунитетом, поэтому предъявление иска к такому лицу возможно. Но даже в последнем случае, признает Дайси, «иск или процессуальное действие в отношении собственности (суверена) считается. иском или процессуальным действием против такого суверена».

В законах некоторых государств (Великобритания, Австралия, Пакистан) предусмотрено, что иностранное государство не пользуется иммунитетом от разбирательства относительно: а) любой доли этого государства в недвижимой собственности, находящейся на территории государства суда, ее владения или использования; б) любого обязательства этого государства, возникающего из его доли в такой собственности.

Законодательные акты США, Австралии, Канады, Пакистана содержат норму о том, что иностранное государство не пользуется иммунитетом от разбирательства относительно любой доли этого государства в движимой и недвижимой собственности, возникающей путем наследования, дарения или собственности, являющейся бесхозяйной.

Согласно Европейской конвенции об иммунитете государства 1972 г. иностранное государство не пользуется иммунитетом в судах другого государства — участника по спорам, касающимся права иностранного государства на недвижимую собственность, которая находится на территории государства суда.

Однако за исключением случаев, прямо предусмотренных в праве отдельных государств и в международных соглашениях, на собственность иностранного государства не распространяется действие рассмотренного выше принципа «закон местонахождения вещи» (lex rei sitae), или, иными словами, в отношении этой собственности должны делаться изъятия из общего распространения на собственность иностранных лиц действия закона страны места нахождения имущества. Эти положения должны полностью применяться к государственной собственности Российской Федерации в тех случаях, когда государство или его органы не дали согласия на применение соответствующих принудительных мер в отношении российского имущества.

В условиях широкого распространения в большинстве государств тенденции функционального (ограниченного) иммунитета существенное значение приобретает цель, назначение государственной собственности. Вынесение судебного решения против государства не означает, что взыскание может быть обращено на любое государственное имущество, находящееся за рубежом. Если имущество иностранного государства служит осуществлению суверенных функций, функций публично-правового характера, оно продолжает пользоваться иммунитетом и в странах, перешедших на позиции теории функционального иммунитета, если же имущество предназначено для коммерческих, торговых целей — на такое имущество иммунитет не распространяется.

Иммунитет собственности иностранного государства находит выражение и в том, что органы другого государства не могут входить в рассмотрение вопроса о том, принадлежит ли собственность иностранному государству, когда она находится в его владении, если иностранное государство заявляет, что имущество принадлежит ему. Государство, в котором такое имущество находится, не может входить в рассмотрение этого вопроса.

В известном деле Лютера — Сегора (см. § 3 этой главы) английский судья совершенно резонно указал, что если Л.Б. Красин привез товары в Англию и объявил, что они принадлежат советскому правительству, то ни один английский суд не смог бы опровергнуть такое заявление.

Таким образом, если государство фактически обладает имуществом и заявляет, что имущество принадлежит ему, то в суде иностранного государства это обстоятельство не может подвергаться сомнению. Это положение известно как доктрина акта государства. Она применялась в течение длительного времени в судебной практике ряда государств, и прежде всего в Великобритании и США. Доктрина акта государства исходит из того, что источником каждого акта государства является его суверенитет. Поскольку принцип суверенитета — это один из основных принципов международного права, доктрину акта государства следует рассматривать как доктрину международного права. Доктрина акта государства запрещает судам одного государства обсуждать законность актов другого государства и выносить решение об их недействительности. В последние годы наметилась тенденция к умалению значения указанной доктрины и к ограничению сферы ее действия. Эта тенденция проявилась наиболее ярко в США.

В отношении правила об иммунитете необходимо отметить, что если имущество государства пользуется иммунитетом, то из этого не вытекает, будто это правило должно применяться во всех случаях, поскольку пользование иммунитетом является правом, а не обязанностью государства. Государство не всегда может претендовать на такой иммунитет, а в ряде случаев может не ссылаться на иммунитет принадлежащей ему собственности. Каждое государство само определяет режим государственной собственности, в том числе и Россия, т.е. она может передать часть этой собственности в полное хозяйственное ведение либо оперативное управление государственным юридическим лицам, закрепить за ними определенное имущество.

Предприятие, за которым имущество закреплено собственником этого имущества на праве полного хозяйственного ведения, является юридическим лицом и осуществляет в отношении этого имущества права и обязанности собственника. В России оперативную работу по экспорту и импорту, как отмечалось, ведут внешнеэкономические объединения, созданные в различных правовых формах, в том числе и полностью или частично принадлежащие государству. Поскольку подобное объединение или предприятие — это самостоятельное юридическое лицо и государство не принимает на себя ответственности по его обязательствам, оно не пользуется иммунитетами. В ходе проведения экономических реформ в нашей стране право осуществления внешнеэкономической деятельности получили государственные промышленные предприятия. В отношении их полностью действует принцип раздельной ответственности государства и юридического лица за некоторыми изъятиями из этого принципа в отношении казенных предприятий. Имущество объединения не пользуется иммунитетом в отношении предварительного обеспечения иска или принудительного исполнения решения только в том случае, если речь идет об обязательствах самого объединения или предприятия. Если же истец требует наложить арест на имущество объединения по претензиям не к данному объединению, а к каким-либо другим государственным юридическим лицам или к самому государству, то на такое имущество взыскание обращено быть не может. Российское государство в отношении такого рода взысканий может ссылаться на иммунитет государственной собственности, поскольку речь уже будет идти о взыскании в отношении государственного имущества вообще, вне зависимости от того, в чьем управлении это имущество находится.

Таким образом, государственная собственность, находящаяся в хозяйственном ведении или в оперативном управлении государственных юридических лиц, не пользуется иммунитетом в тех случаях, когда она рассматривается как предмет взыскания по иску к такому юридическому лицу. Если же арест накладывается на это имущество как на собственность государства, в чем бы она ни заключалась и где бы она ни находилась, то подобная собственность уже не выделяется из общего фонда государственной собственности. В этом случае такой собственности как собственности государства присущ иммунитет.

В решении французского суда 1993 г. о картинах Матисса из музея имени А.С. Пушкина и Государственного Эрмитажа было обращено внимание на то, что картины, находящиеся в этих музеях, относятся к федеральной собственности государства, а сами музеи осуществляют публичные функции. Поэтому, как считал суд, музеи должны пользоваться судебным иммунитетом и иммунитетом от принудительного исполнения на равных основаниях с государством — Российской Федерацией. После вынесения этого решения во Франции в 1994 г. был принят специальный закон, устанавливающий неприкосновенность культурных ценностей, ввезенных для показа на выставках.

Вопрос об иммунитете собственности иностранного государства часто возникает в связи с иммунитетом государственных судов, используемых для торговых целей.

В Конвенции ООН о юрисдикционных иммунитетах государств и их собственности дается перечень особых категорий собственности, которые, в частности, не должны рассматриваться как собственность, используемая государством «в иных целях, чем государственные некоммерческие цели». К ним относятся:

  1. собственность, включая любой банковский счет, используемая или предназначенная для использования при исполнении функций дипломатического представительства государства или его консульских учреждений, специальных миссий, представительств при международных организациях или на международных конференциях;
  2. собственность военного характера или используемая или предназначаемая для использования при исполнении военных функций;
  3. собственность центрального банка или иного финансового органа государства;
  4. собственность, составляющая часть культурного наследия государства или часть его архивов и не выставленная или не предназначенная для выставления на продажу;
  5. собственность, составляющая часть экспозиции объектов, которые представляют научный, культурный или исторический интерес, и не выставленная или не предназначенная для выставления на продажу (ст. 21).

Из КТМ РФ следует, что иммунитет в отношении ареста и в других случаях может предоставляться только военным кораблям и другим судам, находящимся в собственности государства или эксплуатируемым им и используемым только для правительственной некоммерческой службы, а также некоммерческим грузам, находящимся в собственности государства.

3. Российское законодательство определяет, какие государственные органы осуществляют управление этой собственностью, кто правомочен принимать решения о ее приобретении или отчуждении, сдаче в аренду или решать иные вопросы, относящиеся к компетенции собственника имущества.

Решения о приобретении в федеральную собственность недвижимого имущества за рубежом, а также ценных бумаг, долей, паев и акций в находящихся за рубежом юридических лицах за счет федерального бюджета принимаются Правительством РФ. Оно также принимает решения о продаже, мене, залоге, дарении, изъятии такого имущества.

Сдача в аренду недвижимого имущества, закрепленного на балансе государственных предприятий и учреждений на срок до одного года, осуществляется ими самостоятельно, на срок до пяти лет — по согласованию с полномочным государственным органом (Минимуществом), а свыше пяти лет — по решению Правительства РФ. Некоторые функции в этой области Указом Президента РФ от 23 октября 2000 г. были возложены на Управление делами Президента РФ. Ему были переданы расположенные за пределами РФ служебные здания, сооружения, жилые дома, другое недвижимое имущество, находящееся на балансе федеральных органов исполнительной власти и их представительств в иностранных государствах, других государственных органов Российской Федерации (за исключением объектов, необходимых Министерству иностранных дел РФ для осуществления его функций).

В соответствии с Указом Президента РФ от 23 октября 2000 г. было создано государственное унитарное предприятие «Госзагрансобственность», на которое возложены задачи инвентаризации и управления собственностью РФ за рубежом (объекты собственности ранее управлялись десятками различных организаций и ведомств). Имущество за рубежом, не используемое для размещения представительств федеральных органов исполнительной власти в иностранных государствах, других государственных органов и их сотрудников; расположенное за пределами России федеральное недвижимое имущество было передано в хозяйственное ведение этого федерального государственного унитарного предприятия для коммерческого использования такой собственности. Таким образом, государство обеспечивает надлежащее использование этой собственности органами государственной власти, осуществляющими свои функции за рубежом, а остальные объекты недвижимости могут сдаваться в аренду, прежде всего российским компаниям, осуществляющим предпринимательскую деятельность в соответствующих странах.

В сентябре 2001 г. Правительство РФ утвердило Порядок распределения доходов от использования федерального недвижимого имущества, расположенного за пределами России. После уплаты всех платежей, установленных российским законодательством и законодательством государства, где расположена недвижимость, соответствующие суммы должны направляться главным образом на цели, связанные с содержанием этого имущества.

Российское законодательство устанавливает также порядок участия РФ в находящихся за рубежом юридических лицах. Учредителем и участником от имени России выступает полномочный государственный орган, которому предоставлено право по решению Правительства РФ вносить федеральную собственность в уставные капиталы таких юридических лиц (за исключением имущества, закрепленного за государственными унитарными предприятиями на праве полного хозяйственного ведения).

Таким образом, только российское законодательство может определять порядок управления и распоряжения государственной собственностью, находящейся за рубежом.

Приведем пример из судебной практики ФРГ, подтверждающий актуальность этого тезиса.

Предметом рассмотрения суда в Берлине в декабре 1994 г. и в январе 1996 г. было дело о праве собственности на Российский дом науки и культуры (РДНК — бывший Дом советской науки и культуры) и о праве пользования земельным участком, на котором было построено это здание. Дом был построен в соответствии с Соглашением, заключенным в 1982 г. между правительствами СССР и ГДР. В этом соглашении предусматривалось, что здание переходит в собственность СССР и что последнему передается исключительное, бессрочное и безвозмездное право пользования участком для застройки. Соответствующие записи в отношении права собственности на здание и права пользования землей были внесены в поземельные книги сначала на имя СССР, а затем России.

В дальнейшем немецкие граждане создали общество с ограниченной ответственностью «Фридрихштрассе 176 — 179». На основании нотариального договора этому обществу была передана собственность на здание и право пользования земельным участком. Предметом рассмотрения суда стал иск Правительства РФ к обществу о признании договора недействительным. Этот договор, а также некоторые другие нотариальные действия были совершены от имени Правительства РФ тогдашним министром печати и информации РФ, бывшим какой-то период времени одновременно заместителем председателя Совета Министров, или на основании выданных им доверенностей. В этих доверенностях соответствующему лицу доверялось «делать всевозможные заявления и принимать таковые, заключать всякого рода договоры, прямо или косвенно» касающиеся собственности на здание и права пользования объектом, являющимся предметом спора, а также долевого участия РФ в обществе, созданном германскими гражданами.

Суд в своем решении исходил из того, что в отношении того, кто может распоряжаться имуществом РФ и, в частности, отчуждать его, подлежит применению российское право. При этом суд сослался на Постановление Совета Министров СССР от 25 ноября 1980 г., согласно которому отчуждение зданий, находящихся за рубежом, могло осуществляться лишь с согласия Правительства, которое должно было выдаваться в официальном порядке, предусмотренном Законом РСФСР от 24 октября 1991 г. и Постановлением Верховного Совета РСФСР от 12 декабря 1991 г. В соответствии с этим российским законодательством даже лицо, занимавшее должность заместителя Председателя Совета Министров, не могло самостоятельно издавать распоряжение такого рода от имени Правительства. Не имело права осуществлять такие действия и лицо, занимавшее должность руководителя организации, в оперативное управление которой было передано имущество. Суд признал договор, о котором шла речь, недействительным и отменил предварительную запись в поземельной книге о передаче права собственности и права пользования земельным участком немецкому обществу с ограниченной ответственностью.

Еще пример. В течение длительного периода времени предметом рассмотрения арбитражных судов РФ разных уровней был вопрос о передаче долей в уставном капитале совместных российско-монгольских предприятий.

В уставном капитале совместных предприятий «Эрдэнэт» и «Монголросцветмет» (Монголия) российскому государству принадлежало 49%. Эти доли в уставном капитале совместных предприятий были при приватизации включены в уставный капитал открытого акционерного общества «В/О «Зарубежцветмет». Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ своим Постановлением отменил Постановление федерального арбитражного суда Московского округа исходя из того, что незаконным было решение о передаче 49% долей уставного капитала совместного предприятия и совместного объединения из государственной собственности в уставный капитал объединения в соответствии с распоряжением Госкомимущества России.

В связи с тем что передача долей в уставном капитале совместного предприятия «Эрдэнэт» и совместного объединения «Монголросцветмет» была произведена с нарушением действовавшего на момент приватизации законодательства, Российская Федерация остается собственником своей доли уставного капитала указанных совместных предприятия и объединения согласно положениям межправительственных соглашений «О деятельности советско-монгольского совместного горно-обогатительного предприятия «Эрдэнэт» и «О деятельности советско-монгольского хозяйственного объединения «Монголросцветмет» от 5 июня 1991 г., которое было продлено в 2003 г.

Постановлением Правительства РФ от 5 января 1995 г. было установлено, что при приватизации государственных предприятий закрепленное на их балансе имущество, находящееся за рубежом (в том числе ценные бумаги, доли, паи и акции в находящихся там юридических лицах), не подлежат включению в уставный капитал акционерных обществ, создаваемых в результате преобразования государственных предприятий и продажи на конкурсах и аукционах.

Защита культурных ценностей и права собственности на них

1. Во многих государствах предусмотрены специальные меры для защиты права собственности и иных вещных прав в отношении такой категории движимых вещей, как культурные ценности.

В ряде государств были приняты законы, запрещающие или ограничивающие вывоз культурных ценностей. Однако не всегда эти национальные ограничения признавались за пределами государства, их установившего, о чем свидетельствует судебная практика. Имеются страны, ввоз в которые культурных ценностей не ограничен. В странах ЕС ситуация изменилась после реализации в этих странах Директивы ЕС 1993 г. N 93/7 о возвращении незаконно вывезенных культурных ценностей из одного государства — члена ЕС в другое. Согласно этой Директиве вопрос о собственности на культурную ценность после ее возврата должен был определяться на основании положений права страны — члена ЕС, сделавшей запрос о возврате. В 1995 г. была принята Конвенция УНИДРУА о похищенных или незаконно вывезенных культурных ценностях (Россия относится к числу стран, подписавших Конвенцию, но еще не ратифицировавших). Целями Конвенции являются, в частности, защита культурного достояния и культурных обменов, содействие эффективной борьбе с хищениями и незаконной торговлей культурными ценностями. Под культурными ценностями в Конвенции понимаются ценности, которые с точки зрения религиозной или светской обладают важностью для археологии, предыстории (антропологии), истории, литературы, искусства или науки и которые принадлежат к одной из категорий, перечисленных в приложении к Конвенции.

Конвенция предусматривает обязанность владельца похищенной культурной ценности вернуть (реституцировать) ее. Любая просьба о реституции должна быть внесена в трехлетний срок, считая с момента, когда истцу стало известно о месте, где находится культурная ценность, и о личности ее владельца, и во всех случаях в 50-летний срок, считая с момента похищения. Однако реституция культурной ценности, являющейся неотъемлемой частью определенного памятника или археологического заповедника (ландшафта) либо частью общественной коллекции, не подлежит никаким срокам давности, кроме трехлетнего срока, считая с момента, когда истцу стало известно о месте, где находится культурная ценность, и о личности ее владельца (ст. 3). Владелец культурной ценности, который приобрел эту ценность после ее незаконного вывоза, имеет право требовать от государства-истца в момент ее возврата справедливого возмещения убытков при условии, что он не знал или не предполагал в момент приобретения, что ценность могла быть похищена (ст. 4). Таким образом, согласно Конвенции УНИДРУА, обеспечивается и защита права владельца похищенной ценности в случае добросовестного приобретения, поскольку предусматривается возмещение ущерба, понесенного таким добросовестным приобретателем.

Принятые в 1992 г. Основы законодательства Российской Федерации о культуре предписывали осуществлять целенаправленную политику по возвращению незаконно вывезенных с территории Российской Федерации культурных ценностей. Все незаконно вывезенные за рубеж культурные ценности, признанные культурным достоянием народов России, подлежат возвращению на родину независимо от их нынешнего местонахождения, времени и обстоятельств вывоза. Приведем пример реализации этих положений Закона.

В 1994 г. из фондов Российского государственного исторического архива (РГИА) в Санкт-Петербурге было совершено крупное хищение документов, представляющих значительную историческую и научную ценность. В частности, речь шла о подлинных указах российских императоров (от Петра I до Николая II) и других материалах, содержащих исключительно важные свидетельства по вопросам внутренней и внешней политики, культурной и экономической жизни России.

Часть похищенных ценностей была найдена в России, а другая часть обнаружена берлинской полицией после обращения к ней занимающейся торговлей рукописями фирмы «Й.А. Штаргардт», в распоряжение которой для последующей продажи на аукционах попали эти ценнейшие материалы.

На основании специальной экспертизы, проведенной в Берлине в мае 1999 г., Министерству культуры Российской Федерации удалось убедительно доказать безусловную принадлежность царских указов России, а также факт их незаконного вывоза с территории Российской Федерации.

Ценности были возвращены в Россию. В данном случае судебного рассмотрения не потребовалось.

Согласно Закону о вывозе и ввозе культурных ценностей от 15 апреля 1993 г., установлены категории культурных ценностей, не подлежащих вывозу из Российской Федерации. Вывоз культурных ценностей, не отнесенных к этим категориям, должен осуществляться в соответствии с решением о возможности их вывоза, принимаемым компетентным государственным органом. Культурные ценности, заявленные к вывозу, подлежат обязательной экспертизе. При принятии решения о возможности вывоза культурных ценностей выдается свидетельство на право их вывоза. Предусмотрены условия временного вывоза и временного ввоза культурных ценностей. Таким образом, Закон установил ряд ограничений для собственников культурных ценностей.

Ряд положений о вывозе и ввозе архивных документов, в том числе и принадлежащих гражданам, содержится в Федеральном законе об архивном деле в Российской Федерации от 22 октября 2004 г. Архивные документы, находящиеся в частной собственности, могут быть вывезены, но после проведения соответствующей экспертизы. Допускается ввоз в Россию архивных документов, приобретенных или полученных на законном основании. Вывоз и ввоз приобретенных или полученных на законных основаниях копий архивных документов на носителях любого вида осуществляется без ограничений, за исключением тех, доступ к которым ограничен в соответствии с законодательством РФ.

2. В годы Второй мировой войны отечественной культуре в результате гитлеровской агрессии был причинен невосполнимый урон. Вывезенные культурные ценности не были, за редким исключением, возвращены. Этим объясняется установление в России особого правового режима в отношении перемещенных в результате войны в Советский Союз культурных ценностей.

Согласно ст. 6 Федерального закона от 15 апреля 1998 г. «О культурных ценностях, перемещенных в Союз ССР в результате Второй мировой войны и находящихся на территории Российской Федерации» (с изм. и доп. от 25 мая 2000 г.), все перемещенные культурные ценности, ввезенные в Союз ССР в осуществление его права на компенсаторную реституцию, «являются достоянием Российской Федерации и находятся в федеральной собственности» за изъятиями, установленными Законом. Под компенсаторной реституцией, согласно Закону от 15 апреля 1998 г., понимается «вид международно-правовой ответственности государства-агрессора, применяемой в случаях, если осуществление ответственности данного государства в форме обычной реституции невозможно, и заключающейся в обязанности данного государства компенсировать причиненный другому государству материальный ущерб путем передачи потерпевшему государству (или путем изъятия потерпевшим государством в свою пользу) предметов того же рода, что и разграбленные и незаконно вывезенные государством-агрессором с территории потерпевшего государства» (ст. 4).

Компенсаторная реституция, что было признано Конституционным Судом РФ в Постановлении от 20 июля 1999 г. в отношении этого Закона, не может осуществляться за счет собственности жертв нацистских режимов.

Статья 8 Закона предусматривает, что под действие ст. 6 не подпадают, во-первых, культурные ценности заинтересованных государств, насильственно изъятые и незаконно вывезенные с их территорий бывшими неприятельскими государствами (под заинтересованными государствами в Законе понимаются государства, захваченные Германией и ее военными союзниками); во-вторых, культурные ценности, которые являлись собственностью религиозных организаций или частных благотворительных учреждений, использовались исключительно в религиозных или благотворительных целях и не служили интересам милитаризма и/или нацизма (фашизма); и в-третьих, культурные ценности, которые принадлежали лицам, лишенным этих ценностей в связи с их активной борьбой против нацизма (фашизма), в том числе в связи с их участием в национальном сопротивлении оккупационным режимам бывших неприятельских государств и коллаборационистским режимам, и/или в связи с их расовой, религиозной или национальной принадлежностью. В этом последнем случае, в частности, имеются в виду ценности, изъятые у жертв Холокоста (под которым в международной практике понимается массовое истребление и преследование гитлеровцами в Европе лиц еврейской национальности). Особые правила действуют в отношении семейных реликвий.

Законом 1998 г. определена система возможного предъявления претензий о возвращении перемещенных ценностей только правительствами соответствующих государств только Правительству РФ, что не может толковаться, по мнению Конституционного Суда, как исключающее судебный порядок установления и защиты права собственности на конкретные перемещенные культурные ценности, находящиеся на территории Российской Федерации, и, следовательно, не допускающее право на обращение в суды Российской Федерации для лиц, которым принадлежали культурные ценности, обозначенные в законе как собственность заинтересованных государств. Равным образом не могут быть лишены права на судебную защиту и собственники в бывших неприятельских государствах тех находящихся на территории Российской Федерации перемещенных культурных ценностей, которые не могли быть объектом компенсаторной реституции на основе Мирных договоров 1947 г. и других актов, принятых в порядке осуществления прав и верховенства оккупационных властей в Германии.

По мнению суда, возможен возврат находящихся в Российской Федерации перемещенных ценностей как «проявление доброй воли и гуманизма, как это предусмотрено, в частности, п. 3 ст. 8 Закона». Закон 1998 г. предусматривает возможность заключения международных договоров по вопросам возвращения и равноценного обмена перемещенных ценностей на те, которые находятся за пределами России.

3. В соответствии с Соглашением стран СНГ о сотрудничестве в области культуры 1992 г. в Москве 28 сентября 2001 г. было заключено Соглашение о вывозе и ввозе культурных ценностей (вступило в силу для РФ 11 декабря 2002 г.).

В соответствии со ст. 2 Соглашения запрещен ввоз культурных ценностей, в отношении которых объявлен международный розыск. Они подлежат задержанию для их последующего возвращения законным собственникам. В Соглашении установлены правила временного ввоза и вывоза культурных ценностей и их правовой охраны.

Закладка Постоянная ссылка.

Комментарии запрещены.